Князь Владимир и его женщины . Рогнеда Полоцкая

Образ средневековой княгини в кино и народной памяти соткан из мифов и легенд. Чтобы разобраться, где правда, а где - вымысел, корреспондент «СВ» отправился в Заславль, город неподалеку от Минска, где прошли последние годы жизни супруги князя Владимира

Актриса Александра Бортич. Кадр из фильма

ПОКУШЕНИЕ РЕВНИВОЙ ЖЕНЫ

Однако сцена воспроизведена неточно.

Князь отправил Рогнеду в Заславль после своего крещения, поскольку теперь мог жить только с одной супругой - дочерью византийского императора, - рассказывает Татьяна Горанская , много лет проработавшая старшим научным сотрудником Историко-культурного музея-заповедника «Заславль» . - Когда его новая спутница царевна Анна была на пути в Киев, Рогнеда из ревности попыталась убить Владимира. Их сыну Изяславу тогда было уже около шести лет. Мальчик пытался защитить мать от отца, даже смог поднять меч. Законы чести не позволили Владимиру казнить их обоих, поэтому князь решил сослать жену и сына на родину Рогнеды, в землю полоцкую. В фильме это событие почему-то происходит до рождения Изяслава, перед походом на Корсунь.

Своих жен и сыновей Владимир одаривал вотчинами. Это были форпосты на границах Киевского княжества. Ученым известно более десятка таких поселений. Некоторые назывались в честь сыновей. Так, Заславль ведет свое название от имени Изяслав - сына Рогнеды. Город был построен специально для них. Гордой княжне Владимир предложил взять в мужья любого из своих знатных воинов, но она отказалась. В новый удел уехала с ребенком одна.

Образ на почтовой марке тоже выдуманный, но явно ближе к оригиналу, чем в фильме

От возможных ухажеров Рогнеду охраняли наемники. Археологи нашли фрагменты трех поясов знатных венгерских рыцарей. Традиция нанимать их в дружину (а не только варягов, как в кино) существовала еще до Владимира.

Главное, чтобы на «викинге» костюмчик сидел

Нашумевшая лента продолжает бить рекорды. Только за первые девять дней в российском и белорусском прокате картина собрала больше миллиарда рублей - небывалая сумма для отечественного кино. Художник Екатерина Шапкайц рассказала о том, как шили средневековую одежду для масштабного проекта

В фильме отец Рогнеды - варяг, говорят герои между собой на языке викингов. Рогволд действительно был пришлым, но скандинавом ли? Вопрос спорный. Если это действительно так, вполне вероятно, ему пришлось покинуть родину из-за веры.Большинство викингов были язычниками. И когда некоторые из них крестились, соплеменники этот поступок не одобрили. Так что и Рогнеда могла быть христианкой. По крайней мере, об этом говорит ее желание выйти замуж за Ярополка: среди историков распространена версия, что незадолго до гибели брат Владимира собирался креститься. В Заславле княжна стала монахиней - этот факт, хоть и косвенно, тоже говорит о ее раннем крещении.

БЫЛА ЛИ ЛЮБОВЬ?

Рогнеда с детства училась верховой езде, владела мечом - могла коня на скаку остановить и в горящую избу войти.

Княжна Полоцкая - вовсе не хрупкая женщина. Явно была широкоплечей, мускулистой, - говорит Татьяна Горанская. - Хотя, судя по всему, реальная Рогнеда тоже голубоглазая блондинка, как и сыгравшая ее актриса Александра Бортич .

До конца не ясно, правдива ли сцена насилия над Рогнедой, когда Владимир после захвата Полоцка мстит княжне за оскорбление, надругавшись над ней прямо при своих воинах и ее родителях. Эта история взята из более поздних летописей, которым не следует слишком доверять.

Была ли любовь между Владимиром и Рогнедой? Доподлинно неизвестно. Нет и доказательств того, что княжна родила ему еще нескольких детей.

МОГИЛА НЕИЗВЕСТНОСТЬЮ ОБЪЯТА

Точно известно, что Рогнеда похоронена в Заславле, но вот где именно? По одной версии, могила княжны находится в городище у Спасо-Преображенской церкви. Каменный крест там действительно древний, но историки убеждены: останки Рогнеды покоятся не там, а в Замэчеке или Замчище - самом древнем заславльском городище.

Историк Юрий Заяц откопал там остатки терема - добротного двухэтажного дома, где пользовались дорогой посудой и другими предметами быта из Византии. Скорее всего, там и жили Рогнеда с Изяславом. Посередине городища сегодня стоит каменный крест, установленный в начале 90-х годов прошлого века. В народе это место называют могилой княжны.

Пока историки спорят, где упокоилась княжна, крест поставили в городище на Замэчке. Фото: Василий Малашенков

ЧУДОТВОРНЫЕ «СЛЕЗЫ»

Считается, что в честь Рогнеды в Заславле названы две реки - Княгинька и Черница. Первый топоним говорит о знатности женщины, второй - о монашестве. В городе есть Черная гора, где было капище язычников, а потом там построили монастырь - молва говорит, специально для Рогнеды. После ее кончины обитель будто бы поглотило озеро. Хотя, на самом деле, там мог быть только большой пруд.

После смерти княжны в окрестностях Заславля чудесным образом появилось несколько родников. Их назвали «Слезами Рогнеды». До революции город был лечебным курортом, куда приезжали знатные господа и дамы: зарядиться здоровьем и бодростью от чудотворной воды.

КСТАТИ

Оказывается, важный пункт на пути «из варяг в греки» находился на берегу Западной Двины между Витебском и Полоцком. Поселение специалисты нарекли Кордоном - в честь близлежащей деревни, а Национальная академия наук внесла открытие в топ-10 событий за 2016 год.

На следы поселения мы вышли после мониторинга сайтов черных копателей, - рассказала корреспонденту «СВ» заведующая археологическим центром Института истории Национальной академии наук Беларуси Ольга Левко. - Городище уникально тем, что в чистом виде отражает IX - X века - слабо уловимый период для археологов. Часто мы имеем дело с многослойными памятниками, где эта эпоха смешивается с другими. Но, самое главное, сейчас можно сказать уверенно: основа пути «из варяг в греки» была заложена именно на территории белорусского Подвинья. Известный смоленский маршрут, проходящий через деревню Гнездово, моложе на целый век.
В Кордоне нашли огромное количество артефактов, в том числе римские монеты. Самая старая отчеканена в 79 году. Откопаны и арабские дирхемы. Видимо, на этом месте был большой центр торговли. От нападений с реки его защищал массивный земляной вал. Была и бухта для купеческих кораблей. Скорее всего, центр потерял свою значимость и прекратил существовать из-за расширения Полоцкого княжества в сторону Витебска.

Полоцкая земля виделась соседним народам желанной добычей. Если говорить о раннем Средневековье, то речь пойдет о скандинавских варягах, приплывавших в ладьях из Швеции, с Готланда, из Дании и Норвегии, и о киевских князьях, приходивших посуху. Варяги, как известно, жили в Старой Ладоге и Новгороде. Отсюда они добрались и до «Полтеска» – Старого Полоцка. Скандинавы Аскольд и Дир, завладевшие Киевом, посылали сюда свои войска. В Никоновской летописи под 865 годом говорится, что Аскольд и Дир «воеваша … полочанъ и много зла сытворица».

Бодрич Рюрик, получив власть над Новгородом, также поспешил укрепиться в Полоцке. О чем также сказано в «Повести временных лет»: «И раздал мужам своим волости, оному Полътескъ, оному Ростовъ, другому Белоозеро». Возможно, именно Полоцк стал причиной смерти Аскольда и Дира, когда в 882 году князь Олег Вещий с дружиной выступил из Новгорода на юг, в Низовье. Сначала он пришел к городу Гнездову (неподалеку от Смоленска), перетащил по волоку ладьи через Днепр и так добрался до города Любеча в Черниговском княжестве.

С этого времени практически все восточные славяне оказались под властью русского Киева. Так, в 907 году ладьи полочан приняли участие в походе Олега Вещего на Византию. Известно, что греки, выплачивая дань победителям, часть ее выделили особо – «на Полтесг». Невозможно представить, чтобы в иные времена могучая Византия стала бы делиться добром с диким лесным племенем, которое к тому же не отличалось ни храбростью, ни воинственностью. Белорусы обрели славу непобедимых воинов только под началом русского князя Олега. Но вот умер Олег, к власти пришел подросший Игорь, и летописи надолго – до 980 года – забывают о Полоцке и полочанах. Особо сожалеть об этом не приходится, ведь история почти ничего не сообщает о мирной и счастливой жизни людей, ее интересуют лишь события чрезвычайные, а это, как правило, кровавые войны.

А случилось вот что. Князь Святослав поделил русские земли между тремя сыновьями: двумя законными, Ярополком и Олегом, и одним незаконным – Владимиром. Сын ключницы Малуши, Владимир был одарен отцом более чем щедро – получил в удел Великий Новгород. Но люди постоянно помнили о незаконном происхождении Владимира, называя его сыном рабыни. Подчас великие люди совершают и великие проступки. Многое можно оправдать, сославшись на жестокие нравы древности, на суровую необходимость власти применять силу к непокорным. Многое, но не все.

Владимир прознал о гибели Олега и решил, что это Ярополк убил брата и бежал к варягам. Там он набрал среди чужеземцев боевую дружину и вернулся в Новгород. Движимый праведным гневом, он должен был бы поспешить в Киев, чтобы покарать братоубийцу Ярополка (как позже выяснилось, убийства никакого не было, произошел лишь несчастный случай), но внезапно решил жениться на полоцкой княжне, которая была уже обещана его брату Ярополку! Позже историки объясняли это странное и внезапное желание необходимостью будущему князю иметь законную жену княжеского рода. Думается все же, что захватить престол Владимир мог и будучи холостым. Как бы то ни было, но князь, пока еще новгородский, отправил в Полоцк «сватов».

В это время там правил князь Рогволод (его имя означает буквально – «Владеющий рогом». Имеется в виду, конечно, не рог изобилия, а место, на котором был возведен город). Летописец сообщает, что он прибыл на берега Западной Двины из-за моря. Если вспомнить, что бодрич Рюрик также был «заморским» князем, то можно предположить, что Рогволод и Рюрик – русские князья родом из Западной Балтии. У Рогволода было двое сыновей и красавица дочь Рогнеда. Новгородский князь через послов потребовал ее себе в жены. Полоцкий владыка обратился к дочери с вопросом, не хочет ли она взять в мужья Владимира? Она ответила кратко и внятно, и ответ ее, благодаря упоминанию в летописи, широко известен: «Не хочу розути робичича … Ярополка хочу». Поясним: покорная жена, по обычаю, должна была снимать сапоги с мужа. «Робичич» – сын рабыни. Ярополк – старший законный сын князя Святослава.

Не известно, что именно вызвало большую ярость Владимира: отказ ли Рогнеды, упоминание ли о его низкородстве или то, что полоцкая княжна предпочла ему Ярополка, в котором он видел братоубийцу. Во всяком случае, последствия его гнева были ужасны: варяги Владимира штурмом взяли Полоцк, разграбили славянский город, сожгли детинец и посад. Сам же князь убил ни в чем неповинных Рогволода и его сыновей, а дочь взял силой и увез в Киев. Надо ли объяснять, что Рогнеда, мягко говоря, не питала любви к убийце своего отца. Однако, как бы то ни было, вскоре у них родился сын, нареченный Изяславом, будущий основоположник полоцкой династии. Мальчик вырос в Киеве, часто был свидетелем жестокого обращения отца с Рогнедой и люто ненавидел его и его мать.

Таким образом, сын рабыни получил огромную власть. Летописец упрекает великого князя в патологическом «женолюбии». Отметим, что Владимир, требуя в жены Рогнеду, был женат и имел сына Вышеслава. Изяслав был вторым, не говоря о еще десяти «законных» отпрысках. Летопись сообщает, что при разделе земель Владимир отправил Вышеслава править в Новгород, а Изяслава – в Полоцк (сожженный).

Бунт сына против отца был, но вряд ли Владимир оставил подле себя Рогнеду и Изяслава, скорее, отослал обоих восвояси. Об этом говорят следующие факты. В Полоцкой земле, на водоразделе между бассейнами Немана и Днепра (у реки Березины), в Х столетии возник город Изяславль. Его основание связано с именем полоцкого князя Изяслава сына Рогнеды и Владимира I. При Изяславе был отстроен и Полоцк.

Неподалеку от древнего города Изяславля (современный город Заславль) есть городище Замочек, где находится могила Рогнеды. Добавим к этому, что Рогнеда умерла в 1000 году, а ее сын скончался ровно через год. Спустя два года последовала новая смерть – умер внук Рогнеды – Всеслав. А вот другому потомку Рогнеды – сыну Изяслава, князю Брячиславу, предстояло прожить долгую и богатую событиями жизнь.

Князь Владимир Святославович, известный как Владимир Красное Солнышко или Владимир Святой, был женат законным браком то ли семь, то ли восемь раз. Кроме законных жен, было у Владимира и несчетное количество наложниц.

Князь и сам был сыном Святослава и наложницы Малуши, рабыни великой княгини Ольги. И хоть отец признал его, и даже дал ему в княжение Великий Новгород, обидное прозвище «робичич» (сын рабыни) долго не давало Владимиру покоя.

Из всех жен Владимира можно выделить двух, особенно ярко характеризующих две стороны его противоречивой натуры: необузданного и жестокого варвара до крещения и столь же пылкого и не ведающего компромиссов неофита-христианина, получившего в крещении имя Василий. Речь о дочери полоцкого князя Рогнеде и сестре византийского императора Анне.

К Рогнеде Владимир посватался совсем молодым. Он был к тому времени уже женат, но для язычника это не было препятствием, ведь как уже говорилось, наши предки до принятия христианства были полигамны.

Рогнеда предпочла его брата Ярополка, а Владимира отвергла, сказав: «не хочу розути робичича». Важнейшей частью свадебного обряда у славян был момент, когда молодая в знак покорности разувала жениха. Так вот, гордая Рогнеда становиться на колени и снимать обувь с «робичича» не пожелала.

Но Владимир Свтославич был не из тех, кто удовлетворится подобным ответом. Он явился с дружиной в Полоцк, сжег город, изнасиловал Рогнеду на глазах ее родителей, а затем убил отца, мать и братьев Рогнеды. Бедняжка, наверное, была бы рада тоже погибнуть, но жестокий киевлянин обрек ее на другую участь. Он сделал ее своей законной женой, и она вынуждена была нести узы этого постылого брака и рожать князю детей.

Впрочем, гордый нрав Рогнеды все же давал о себе знать. Как-то, в один из приездов Владимира, когда князь уснул на ложе любви, Рогнеда вознамерилась зарезать спящего повелителя. Но разве может женщина справиться с таким закаленным воином, каким был Владимир? Он мгновенно проснулся и поймал руку с занесенным кинжалом. Разгневавшись, он приказал жене готовиться к смерти. При этом казнить Рогнеду он решил с варварской изощренностью. Князь приказал Рогнеде нарядиться, как для свадьбы и ждать его, сидя на брачном ложе. Не желаешь, дескать, с князем жить как покорная жена, так со смертью тебя сочетаю! Рогнеда послушно выполнила все условия супруга, но успела поговорить с Изяславом, своим семилетним сыном от Владимира.

И вот, дыша гневом и яростью, Владимир переступает порог горницы, где ждет его Рогнеда, обнажает меч, и тут навстречу ему шагает мальчик, тоже с мечом в руках. Он еще маленький, и меч еще слишком тяжел для его рук. Но малыш храбро говорит Владимиру: «Мнишь, ты един зде, отче?» (Ты думаешь, ты один здесь, отец?). И жестокий воин, варвар, воспитанный в варяжской дружине …отступил перед ребенком. Опустив свой меч, он только и смог сказать: «Хто мнил тя зде?» (Кто же думал, что ты здесь?).

В общем, князь Рогнеду простил. И, судя по тому, что после Изяслава она родила мужу еще двух сыновей, один из них – знаменитый Ярослав Мудрый, и двух дочерей, дальнейшая семейная жизнь вполне заладилась.

Анна была дочерью византийского императора Романа II, сестрой императоров-соправителей -- знаменитого Василия Болгаробойцы и Константина VIII. К ней сватались представители европейских королевских династий. Однако, свою судьбу она нашла в лице киевского варвара. Вероятно, Анна была хороша собой, поскольку ее мать Феофано, по свидетельствам современников, была настоящей красавицей, да и оба брата отличались приятной внешностью.

Владимир отправился в Крым и захватил Корсунь. Смириться с потерей этого важного пункта на Черном море императоры Византии никак не могли, поэтому начали переговоры с Владимиром. Он обещал им мир, если они отдадут ему в жены свою сестру Анну, а в противном случае грозил пойти на Константинополь. Не то чтобы повелители Империи очень испугались варварской дружины, но хлопот Владимир мог причинить им немало, государство было истощено войнами, да и казна оскудела. В общем, братья принялись уговаривать Анну согласиться на этот брак. Та, поплакав, приняла предложение. Но поставила условием крещение Владимира. Владимир легко согласился, поскольку к тому времени уже подумывал о принятии христианства и даже отправлял в Константинополь своих послов, которые вернулись, очарованные красотой православного Богослужения.

Владимир крестился в Корсуни, заключил брак с Анной по православному обряду, а в качестве вена (свадебного дара) отдал братьям-императорам взятый им с бою город.

Анна приехала на Русь, конечно же, с большой свитой, в которой были и священники, и ученые мужи, и архитекторы, и разная челядь, которая должна была организовать ей жизнь хотя бы в некоторой степени напоминающую ту, к которой она привыкла в пышном Константинополе.

И, первым делом, взялась образовывать мужа. Тот оказался послушным учеником. Вообще, судя по поступкам, описанным в летописи, Владимир до крещения и после – просто два разных человека. Летописец относит это на счет благотворного влияния христианства. Но, думается, не обошлось и без влияния жены – красивой, образованной, утонченной византийской принцессы.

Приехав в Киев, Владимир принялся за преобразования. В столице Руси началось масштабное строительство храмов и дворцов, князь учредил «учение книжное», то есть, школу для отпрысков знатных семей, при дворе началось летописание. Можно говорить даже о смягчении нравов. Пылкий и страстный, как все неофиты, Владимир затеял было отменить смертные казни, но его убедили, что для подобных мер еще не пришло время.

И, разумеется, Анна ввела при киевском дворе византийскую моду. Отныне и на многие века вперед русская знать стала одеваться так, как это было принято в Константинополе.

Цитата сообщения История князя Владимира и княгини Рогнеды

Ни одной женской судьбе не посвятили древнерусские летописцы столько сочувственных страниц, как полоцкой княжне - красавице Рогнеде. (ок. 960 - 1000)
Знатное происхождение, могущественное положение и богатства отца, яркая внешность, неистребимое жизнелюбие и страстность великолепной Рогнеды - все, казалось, сулило ей любовь, преклонение, обожание, счастье. Но эти упования рухнули в одночасье. Вовлечённая бурных событий, прекрасная и гордая Рогнеда стала жертвой непримиримого политического столкновения и мужского соперничества двух родных братьев - Ярополка и Владимира Святославичей.

Лосенко Антон Павлович. «Владимир и Рогнеда» 1770 г.

В последней трети Х века Рогволод, отец Рогнеды, был одним из самых влиятельных князей Древней Руси, о котором летописи сообщают, что он «держащю и владеющю и княжащю Полотьскую землю».
Современные исследователи установили, что имя «Рогволод» - чисто славянское, двусложное, наподобие славянского имени «Володимер». И означает оно «владелец рога», то есть мыса. Древний Полоцк действительно возник в крутой излучине старицы Полоты, недалеко от места впадения ее в Западную Двину.

Древнее городище Полоцка по форме своей напоминало por: излучина широкой дугой своих крутых откосов прикрывала его с трех сторон. Вот на этом мысе-роге и родилась дочь князя, «имяше свою волость в Полотьске» - Рогнеда.
Полоцкая земля, которой вполне законно, по наследству, владел Рогволод, находилась в середине между Киевским и Новгородским княжествами - владениями Ярополка и Владимира. По Полоцкой земле проходил «великий путь«из варяг в греки» - торговая артерия., жизненно необходимая как для северо-западных, так и для южных областей Древней Руси.

Стремясь отнять друг у друга престол, братья-князья Святославичи искали союза с Рогволодом. Но не только политические и экономические соображения были тому причиной. Оба юных соперника желали взять в жены дочь полоцкого князя, пекрасную Рогнеду.
Первым к Рогволоду отправил своих послов сватать его дочь Рогнеду Ярополк. Ярополк был старшим сыном великого князя Святослава Игоревича. Перед своим последним дунайским походом Святослав дал ему стол в Киеве, среднему сыну Олегу выделил древлянскую землю со стольным городом Овручем, а младшего его сына Владимира, по совету Добрыни, выпросили себе новгородцы.

Через несколько лет после смерти отца между старшими братьями Святославичами началась борьба, в результате которой Олег погиб во время взятия киевлянами города Овруча.
Когда весть об этом пришла в Новгород, Добрыня, чтобы спасти своего юного племянника, четырнадцатилетнего княжича Владимира, бежал с ним за море.

Но уже через два года возмужавший Владимир вернулся в Новгород с варяжской дружиной, прогнал из города посадников Ярополка, объявив, что будет вести борьбу за великое княжение. Тогда же, прослышав о необычайной красоте дочери полоцкого князя Рогнеде, он решил отбить у Ярополка невесту. Тем более что по принятому в то время обычаю многоженства Ярополк был уже женат на привезенной ему Святославом прекрасной гречанке, расстриженной православной монахине.

Сваты Владимира Святославича у Рогволода (слева); Рогволод беседует с Рогнедой (справа).
Миниатюра Радзивилловской летописи, XV в.

Послы из Новгорода от Владимира пришли к Рогволоду вслед за киевскими послами Ярополка. Оба юные соперника-князя просили у полоцкого князя Рогволода руки его дочери Рогнеды. Оба стремились на союзе семейном основать союз политический, полезный для предстоящей борьбы. Рогволод, не зная, кому отдать дочь, спросил ее, за кого она сама согласна выйти замуж. По рассказу летописца, гордая Рогнеда, не пожелавшая выйти замуж за князя Владимира, ответила:
«Не хочу разути робичича, хочу за Ярополка».

Владимир был незаконнорожденным сыном Святослава. Его матерью была пленная «ключница» княгини Ольги - Малуша. А по бытовавшему в те времена древнерусскому свадебному обряду новобрачная должна была разуть своего мужа в знак преданности и покорности. Как истинная славянка, Рогнеда знала об этом не понаслышке.
Глубоко оскорбился таким ответом молодой князь Владимир, а еще больше его дядя и наставник Добрыня, родной брат той самой Малуши, которую Рогнеда назвала «рабыней». Кроме того, Добрыня рассудил, что этот ответ был произнесен не без влияния отца. А значит, в предстоящей борьбе Рогволод поддержит своего будущего зятя Ярополка.

Быть может, если бы речь шла о мести за личное оскорбление, события не развивались так стремительно. Но не допустить военного союза Ярополка и Рогволода было делом первейшей важности. Как только был получен отказ Рогнеды, Владимир и взбешенный Добрыня двинули новгородскую дружину на Полоцкие земли, собрав почти все силы Северной Руси. А Рогнеду в то время уже собирались вести в Киев, за Ярополка. Рогволод вышел навстречу Владимиру, но потерпел поражение и укрылся в Полоцке.

После непродолжительной осады город был взят, вся княжеская семья захвачена в плен. Рогволод с двумя сыновьями были лишены жизни. А Рогнеду Владимир взял в жены. Так против своей воли Рогнеда сочеталась с Владимиром и отправилась с ним и с полоцкими войсками, которые усилили его новгородскую дружину, к Киеву.

Сергей Ефошкин. Князь Владимир и князь Ярополк.

Одолев Ярополка, Владимир в 978 году стал единовластным князем всей русской земли. А Рогнеда, его первая «водимая», то есть «законная», жена получила титул великой киевской княгини. Полоцкие земли, прежде принадлежавшие отцу Рогнеды, князю Рогволоду, Владимир присоединил к своим землям. Чудесный край и весь путь «из варяг в греки» теперь принадлежал ему. Богатое приданное!

Владимир и Рогнеда. Художник А. И. Транковский.

А что же Рогнеда? Через девять месяцев после столь печально начавшегося супружества с Владимиром она родила сына-первенца Изяслава. Владимир, проливший столько крови ради брачного союза с Рогнедой, очень скоро разлюбил ее, забыв и о несчастной супруге, и о маленьком сыне. Осиротевшая, униженная дочь Рогволода жила уединенно в тереме на реке Лыбеди, недалеко от Киева. С ней находился маленький сын Изяслав, отныне единственная ее родная душа и отрада.
О страданиях Рогнеды, о нежных, сердечных отношениях матери и сына проникновенно поведал в своей поэме «Рогнеда» К. Рылеев:

Как месяц утренний, бледна,
Рогнеда в горести глубокой
Сидела с сыном у окна
В светлице ясной и высокой.
Oт вздохов под фатой у ней
Младые перси трепетали,
И из потупленных очей,
Как жемчуг, слезы упадали.
Глядел невинный Изяслав
На мать умильными очами,
И, к персям матери припав,
Он обвивал ее руками.
«Родимая! - твердил он ей,
Ты все печальна, ты все вянешь:
Когда же будешь веселей,
Когда грустить ты перестанешь?
О! полно: плакать и вздыхать,
Твои мне слезы видеть больно,
Начнешь ты только горевать,
Встоскуюсь вдруг и я невольно.
Ты б лучше рассказала мне
Деянья деда Рогволода.
Как он сражался на войне,
И о любви к нему народа».

Любящая мать, целиком посвятившая себя воспитанию юного княжича Изяслава, Рогнеда волновалась о его будущей судьбе. Она была первой, но отнюдь не единственной женой Владимира. Погубив своего родного брата Ярополка, Владимир сделал его бывшую супругу-гречанку своей женой-наложницей. Изяслав был еще младенцем, когда от этой прежней монахини-гречанки родился другой сын Владимира - Святополк. Тот самый «Святополк Окаянный», по приказу которого впоследствии будут убиты братья-князья Борис и Глеб.

Помимо законных жен, князь имел сотни наложниц. «Ненасытен был в блуде, приводя к себе замужних жен и девиц растлевая», так с осуждением писал о Владимире летописец. Как говорится «жил на всю катушку».

Иванов Всеволод Борисович. Капище у озера.

Кроме того, Владимир поначалу был убежденным язычником и ярым противником христианства. Вскоре после вступления в Киев он устроил на холме возле своего дворца настоящий языческий пантеон - поставил изваяния языческих богов: Перуна, Хорса, Дажьбога, Стрибога, Симрагла и Мокоши.

Удаленную из Киева великую княгиню Рогнеду мучили не только ревность и оскорбленное достоинство, но и тревога за маленького Изяслава. Равнодушие Владимира к их сыну-первенцу переполнило чашу терпения Рогнеды.
Однажды Владимир охотился в дубраве на берегу Лыбеди и решил навестить Рогнеду и сына Изяслава. Когда гонец сообщил княгине об этом, она пришла в негодование:

- «Итак, он вспомнил о жене...
Но не желание свиданья...
О нет! влечет его ко мне-
Одна лишь близость расстоянья!»

Попытка Рогнеды-Гориславы убить мужа, князя Владимира.
Миниатюра Радзивилловской летописи. XV в.

Когда после богатого пира утомленный охотой Владимир крепко заснул, Рогнеда решилась на мужеубийство. Она тихонько встала с супружеского ложа, зажгла свечу, сняла со стены тяжелый меч и занесла его над Владимиром. В тот самый момент Владимир внезапно проснулся и, выхватив у нее меч, вскричал:
- «На что дерзнула в исступленьи?..
Но долг супруги, но любовь?..»

Покушение Рогнеды на Владимира. Б. А. Чориков. 1836. Гравюра.

Прекрасная Рогнеда, стойко перенесшая столько злосчастий и страданий, без страха отвечала разгневанному мужу:

- «Любовь! к кому?.. к тебе, губитель?..
Забыл, во мне чья льется кровь,
Забыл ты, кем убит родитель?

Ты, ты, тиран его сразил!
Горя преступною любовью,
Ты жениха меня лишил
И братнею облился кровью!
Испепелив мой край родной,
Рекою ты кровь в нем пролил всюду
И Полоцк, дивный красотой,
Преобратил развалин в груду.
Но недовольный... местью злой
К бессильной пленнице пылая,
Ты брак свой совершил со мной
При зареве родного края!
Повлек меня в престольный град;
Тебе я сына даровала...
И что ж?.. еще презренья хлад
В очах тирана прочитала!..

Владимир промолчал. Да и что мог он ответить на справедливые упреки Рогнеды?! По языческим законам славян того времени, покушение на убийство мужа каралось смертью виновной. Княгиню же, по традиции, мог казнить только сам князь.

Владимир велел Рогнеде надеть свадебную княжескую одежду, сесть на богато убранную постель в своей горнице и ждать его. Рогнеда знала, что ее ждет неминуемая смерть, что на утренней заре роскошное брачное ложе станет для нее плахой, на которой беспощадный Владимир пронзит ее своим мечом.
Без боязни и без слез ждала мужественная Рогнеда назначенной супругом казни. Казалось, все слезы она уже выплакала! Одно-единственное чувство теплилось в ее груди: она желала хотя бы еще раз увидеть юного Изяслава.

Тайком пробралась она к сыну. И только здесь, у постели сына, невольно разбудив его бурны ми поцелуями и объятиями, Рогнеда не выдержала и разрыдалась.
Встревоженному, горячо любящему мать и рано повзрослевшему княжичу Изяславу она поведала, что через несколько часов он осиротеет.

Васнецов. Владимир-язычник.

Когда с первыми лучами багровой зари Владимир вошел с мечом в руке к Рогнеде, его встретил четырехлетний княжич Изяслав, став, тоже с мечом, на защиту матери. Бесстрашно преградив путь гневному родителю, Изяслав сказал ему:
«Отец, или ты думаешь, что ты один здесь ходишь? Коль можешь - убей, жестокий, мать при сыне!»

И грозный Владимир, увидев сына и услышав его речь, не посмел осуществить то, что ему повелевал языческий закон. Ошеломленный, он растерянно произнес: «А кто же знал, что ты здесь?!» Бросил меч и приказал позвать бояр, чтобы спросить их совета. А бояре посоветовали Владимиру не убивать жену, простить ее ради сына-малютки и даже вернуть ей и Изяславу землю Рогволода.

Владимир так и поступил. Смилостивившись над Рогнедой, «воздвигнул ей отчину», «устрои город и нарече имя городу тому Изяславль» - по имени их первого с Рогнедой сына.

Ефошкин Сергей. Князь Владимир. Встреча византийской принцессы Анны.

Многие биографы великого князя киевского Владимира Святославича не без оснований усматривают в столкновении с княгиней Рогнедой и его исходе проявление глубокого и благотворного нравственного переворота, совершившегося в его душе еще до принятия христианства. В молодом князе, до случая с Рогнедой неукоснительно следовавшего языческим обычаям в том, что касалось мести, насилия, захвата «трофейных» жен и наложниц, произошла перемена. Защищая свою женскую гордость, человеческое достоинство, Рогнеда отказывалась жить по привычным для своего времени нормам и побуждала к этому своего мужа.
Готовая заплатить жизнью за свое достоинство и права своего ребенка, она пробудила в нем совесть, подвигла его на искания нравственных законов.

Но: "Был князь Владимир «ненасытен в блуде» и после крещения!"

Известен случай, произошедший уже после принятия крещения. Речь идет о знаменитом корсуньском походе Владимира. В крымской крепости Корсуни (Херсонес), принадлежавшей Византии, находился императорский наместник и греческий гарнизон. После изнурительной осады византийцы вынуждены были сдаться на милость победителя. Каковой же оказалась "милость" новокрещеного великого князя - рассказывается в его Житии особого состава: "А князя Корсунского и с княгинею поймал, а дщерь их к себе взял в шатер, а князя и княгиню привязал у шатерной сохи и с дщерию их перед ними беззаконство сотворил. И по трех днях повелел князя и княгиню убить, а дщерь их за боярина Ижберна дал со многим имением, а в Корсуни наместником его поставил...".

Княгиня оценила и милосердие, и благородство Владимира, сохранившего ей жизнь, вопреки языческим законам. Прощенная, уверенная отныне в будущности своего сына Изяслава, Рогнеда примирилась с мужем. Более того, она снова оказалась в почете как великая киевская княгиня, верная супруга и заботливая мать. В последующие годы у Рогнеды и Владимира родились еще три сына и две дочери, среди которых были будущий великий князь Ярослав Мудрый. В 1000 году незадолго до смерти приняла монашество под именем Анастасии.

Владимир и Рогнеда. Дудченко Н.И. Момент решения Владимира принятия хрестьянства на Руси.

Счастливая мать, Рогнеда не догадывалась, что впереди ее ждут новые горести.
В 989 году Владимир, приняв христианство, обвенчался в Корсуне с византийской царевной Анной. На обратном пути в Киев он послал сказать своей первой жене Рогнеде: «Теперь, крестившись, я должен иметь одну жену, с которой вступил в христианский брак; ты же выбери себе мужа из моих бояр, кого пожелаешь».

Замечателен ответ Рогнеды Рогволодовны, который она велела передать Владимиру: «Я - природная княжна, ею была, ею и останусь... А если ты принял святое крещение, то и я могу быть невестой Христовою».

Печальная судьба прекрасной славянки Рогнеды вызывала сочувствие. За горести, слезы и страдания современники прозвали ее «Гориславой». Умерла Рогнеда на рубеже двух тысячелетий, в 1000 году.
Письменные источники не сохранили сведений о том, где она похоронена.

Великая княгиня Рогнеда Рогволодовна воспитала замечательных детей, любящих, преданных, умных, образованных.
Старший сын Рогнеды Рогволодовны, Изяслав Владимирович, впоследствии стал родоначальником новой династии полоцких князей. Летописи характеризуют Изяслава Владимировича как мудрого и просвещенного правителя.

Его внук, полоцкий князь Всеслав. Брячиславич, за военное искусство, находчивость и отвагу был прозван «Чародеем». Его полная приключений жизнь нашла отражение в песнях, легендах и сказаниях. «Вещему» и «храброму» князю Всеславу посвятил немало строк автор «Слова о полку Игореве».
Родной внучкой Всеслава Брячиславича была преподобная Евфросиния Полоцкая, стараниями которой древнерусское искусство обогатилось непревзойденными шедеврами.

Из двенадцати сыновей Владимира Святославича не кто иной, как младший сын Рогнеды; Рогволодовны, Ярослав Владимироич Мудрый, стал великим киевским князем и продолжателем сей последующей династии Рюриковичей.

Его отношения с двенадцатью признанными сыновьями (сколько же было непризнанных детей от 800-дущного гарема да несметного количества обесчещенных жен и девиц - одному Богу известно) особой теплотой не отличались. В конце концов дело дошло до того, что Владимир Святославич вынужден был пойти войной на собственного старшего сына Ярослава (~980 - 20 февраля 1054) от полоцкой княжны Рогнеды, княжившего в Новгороде и не посылавшего положенной дани в Киев.

Великий князь киевский, один из самых неоднозначных и легендарных правителей Древней Руси Владимир I Святославич скончался 15 июля 1015 года. Смерть крестителя Руси была насильственной. Когда в 30-е годы XVII века по указанию митрополита Петра Могилы в Киеве производились раскопки Десятинной церкви, разрушенной еще во времена Батыева нашествия, был найден мраморный саркофаг-гробница с именем Владимира Святославича, а в нем - кости со следами глубоких разрубов и отсеченной головой, при этом некоторые части скелета вообще отсутствовали.

Один из самых образованных правителей своего времени, Ярослав Мудрый был прекрасным семьянином, нежно любящим упругом, братом и отцом. Ярослав Мудрый высоко ценил достоинства своей жены Ирины-Ингигерды, дочери шведского ороля Олафа, которая занималась не только воспитанием де:й, но и вникала во все государственные дела, создавая особую культурную и духовную атмосферу при дворе своего мужа, великого князя киевского.

Ярослав Мудрый заботился о прекраснм образовании и «поучении книжнем» не одних лишь сыной, но и дочерей. Чрезвычайно взыскательно относился он и претендентам на руку каждой из них. Три его дочери - Еливета, Анна и Анастасия - стали первыми коронованными ссиянками.

Верный супруг, отрицательно относившийся к многоженству, Ярослав Владимирович Мудрый никогда не забывал печальной участи, постигшей в свое время его мать Рогнеду Рогволодовну. Составитель «Русской Правды», он юридически закрепил право женщин на проявление собственной воли при выборе супруга.

Так, в статьях Устава князя Ярослава Владимировича предполагалось наказание родителей, не считавшихся со свободной волей невесты в делах замужества не только в тех драматических ситуациях, когда девушки совершали самоубийство из-за брака поневоле, но и в тех случаях, «аще девка восхощет замуж, а отец и мати не дадять».
Такого гуманного отношения к женшине, как в русском праве, не знало в Xl веке законодательство ни одной европейской страны.

Памятник Рогнеде и Изяславу в Заславле.

Яркий образ прекрасной и сильной славянки Рогнеды не померк со временем. В Тверской и Лаврентьевской летописях под 1128 годом есть ее жизнеописание, которое звучит как легенда. Возвышая личность Рогнеды, летописцы отдают должное ее несомненным достоинствам: безграничной преданности родному краю, женской гордости, супружеской верности, самозабвенной материнской любви.

Незаурядная судьба и личность Рогнеды вдохновляла художников, музыкантов и поэтов. Живописцы А. Лосенко и Н. Грибков создали замечательные полотна: «Владимир и Рогнеда» и «Ревность Рогнеды». Композитор А. Серов написал оперу «Рогнеда». С огромным успехом она прошла на сцене Мариинского театра в 1865 году. 0 Рогнеде писали свои поэмы и стихи К. Рылеев, Т. Шевченко, Я. Купала.

Ни одной женской судьбе не посвятили древнерусские летописцы столько страниц, как полоцкой княжне-красавице Рогнеде. Знатное происхождение, могущественное положение и богатства отца, яркая внешность, неистребимое жизнелюбие и страстность великолепной Рогнеды - все, казалось, сулило ей любовь, преклонение, обожание и счастье. Но эти упования рухнули в одночасье. Вовлеченная в поток бурных событий, прекрасная и гордая Рогнеда стала жертвой непримиримого политического столкновения и мужского соперничества двух родных братьев - Ярополка и Владимира Святославичей.

Антон Лосенко. Владимир и Рогнеда

В последней трети Х века Рогволод, отец Рогнеды, был одним из самых влиятельных князей Древней Руси. Летописи сообщают, что он «держащю и владеющю и княжащю Полотьскую землю». Некоторые ученые поспешили объявить Рогволода норманном, а корни его имени, как и имени его дочери Рогнеды, искали в скандинавских языках. Однако современные исследователи установили, что имя «Рогволод» - чисто славянское, двусложное, наподобие славянского имени «Володимер». И означает оно «владелец рога», то есть мыса. Древний Полоцк действительно возник в крутой излучине старицы Полоты, недалеко от места впадения ее в Западную Двину. Древнее городище Полоцка по форме своей напоминало рог: излучина широкой дугой своих крутых откосов прикрывала его с трех сторон. Вот на этом-то мысе-роге и родилась дочь князя, «имяше свою волость в Полотьске» - Рогнеда.

Полоцкая земля, которой вполне законно, по наследству, владел Рогволод, находилась между Киевским и Новгородским княжествами - владениями Ярополка и Владимира. По Полоцкой земле проходил «великий путь из варяг в греки» - торговая артерия, жизненно необходимая как для северо-западных, так и для южных областей Древней Руси. Стремясь отнять друг у друга престол, братья-князья Святославичи искали союза с Рогволодом. Но не только политические и экономические соображения были тому причиной. Оба юных соперника желали взять в жены дочь полоцкого князя, прекрасную Рогнеду.

Первым к Рогволоду отправил своих послов сватать его дочь Рогнеду Ярополк. Ярополк был старшим сыном великого князя Святослава Игоревича. Перед своим последним дунайским походом Святослав отдал ему стол в Киеве, среднему сыну Олегу выделил древлянскую землю со стольным городом Овручем, а младшего его сына Владимира, по совету Добрыни, выпросили себе новгородцы. Через несколько лет после смерти отца между старшими братьями Святославичами началась борьба, в результате которой Олег погиб во время взятия киевлянами города Овруча. Когда эта весть пришла в Новгород, Добрыня, чтобы спасти своего юного племянника, четырнадцатилетнего княжича Владимира, бежал с ним за море. Но уже через два года возмужавший Владимир вернулся в Новгород с варяжской дружиной, прогнал из города посадников Ярополка, объявив, что будет вести борьбу за великое княжение. Тогда же, прослышав о необычайной красоте дочери полоцкого князя Рогнеде, он решил отбить у Ярополка невесту. Тем более что по принятому в то время обычаю многоженства Ярополк был уже женат на привезенной ему Святославом прекрасной гречанке, расстриженной православной монахине.

Послы из Новгорода от Владимира пришли к Рогволоду вслед за киевскими послами Ярополка. Юные соперники-князья просили у полоцкого князя Рогволода руки его дочери Рогнеды. Оба стремились на союзе семейном основать союз политический, полезный для предстоящей борьбы.

Попытка Рогнеды-Гориславы убить мужа, князя Владимира.
Миниатюра Радзивилловской летописи. XV в.

Рогволод, не зная, кому отдать дочь, спросил ее, за кого она сама согласна выйти замуж. По рассказу летописца, гордая Рогнеда, не пожелавшая выйти замуж за князя Владимира, ответила: «Не хочу разути робичича, хочу за Ярополка». Владимир был незаконнорожденным сыном Святослава. Его матерью была пленная «ключница» княгини Ольги - Малуша. А по бытовавшему в те времена древнерусскому свадебному обряду новобрачная должна была разуть своего мужа в знак преданности и покорности. Как истинная славянка, Рогнеда знала об этом не понаслышке.

Глубоко оскорбился таким ответом молодой князь Владимир, а еще больше его дядя и наставник Добрыня, родной брат той самой Малуши, которую Рогнеда назвала «рабыней». Кроме того, Добрыня рассудил, что этот ответ был произнесен не без влияния отца. А это значит, что в предстоящей борьбе Рогволод поддержит своего будущего зятя Ярополка. Быть может, если бы речь шла о мести за личное оскорбление, события не развивались бы так стремительно. Но не допустить военного союза Ярополка и Рогволода было делом первейшей важности.

Поход Добрыни на Полоцк

Как только был получен отказ Рогнеды, Владимир и взбешенный Добрыня двинули новгородскую дружину на Полоцкие земли, собрав почти все силы Северной Руси. А Рогнеду в то время уже собирались вести в Киев, к Ярополку.

Рогволод вышел навстречу Владимиру, но потерпел поражение и укрылся в Полоцке. После непродолжительной осады город был взят, а вся княжеская семья - захвачена в плен. Рогволод с двумя сыновьями были лишены жизни. А Рогнеду Владимир взял в жены. Так против своей воли Рогнеда сочеталась браком с Владимиром и отправилась с ним и с полоцкими войсками, которые усилили его новгородскую дружину, к Киеву.

Одолев Ярополка, Владимир в 978 году стал единовластным князем всей русской земли. А Рогнеда, его первая «водимая», то есть «законная», жена получила титул великой киевской княгини. Полоцкие земли, прежде принадлежавшие отцу Рогнеды, князю Рогволоду, Владимир присоединил к своим землям. Чудесный край и весь путь «из варяг в греки» теперь принадлежал ему. Богатое приданное!

Свадьба Владимира и Рогнеды и убийство полоцкого князя

А что же Рогнеда? Через девять месяцев после столь печально начавшегося супружества с Владимиром она родила сына-первенца Изяслава. Владимир, проливший столько крови ради брачного союза с Рогнедой, очень скоро разлюбил ее, забыв и о несчастной супруге, и о маленьком сыне. Осиротевшая, униженная дочь Рогволода жила уединенно в тереме на реке Лыбеди, недалеко от Киева. С ней находился маленький сын Изяслав, отныне единственная ее родная душа и отрада.

О страданиях Рогнеды, о нежных, сердечных отношениях матери и сына проникновенно поведал в своей поэме «Рогнеда» К. Рылеев:

Как месяц утренний, бледна,
Рогнеда в горести глубокой
Сидела с сыном у окна
В светлице ясной и высокой.
От вздохов под фатой у ней
Младые перси трепетали,
И из потупленных очей,
Как жемчуг, слезы упадали.
Глядел невинный Изяслав
На мать умильными очами,
И, к персям матери припав,
Он обвивал ее руками.
«Родимая! - твердил он ей,
Ты все печальна, ты все вянешь:
Когда же будешь веселей,
Когда грустить ты перестанешь?
О! полно плакать и вздыхать,
Твои мне слезы видеть больно,
Начнешь ты только горевать,
Встоскуюсь вдруг и я невольно.
Ты б лучше рассказала мне
Деянья деда Рогволода.
Как он сражался на войне,
И о любви к нему народа».
- О ком, мой сын, напомнил ты?
Что от меня узнать желаешь?
Какие страшные мечты
Ты сим в Рогнеде пробуждаешь!..
Но так и быть; исполню я,
Мой сын, души твоей желанье:
Пусть Рогволодов дух в тебя
Вдохнет мое повествованье;
Пускай оно в груди младой
Зажжет к делам великим рвенье,
Любовь к стране твоей родной
И к притеснителям презренье...

Любящая мать, целиком посвятившая себя воспитанию юного княжича Изяслава, Рогнеда беспокоилась за его будущую судьбу. Она была первой, но отнюдь не единственной женой Владимира. Погубив своего родного брата Ярополка, Владимир сделал его бывшую супругу-гречанку своей женой-наложницей. Изяслав был еще младенцем, когда от этой монахини-гречанки родился другой сын Владимира - Святополк. Тот самый «Святополк Окаянный», по приказу которого впоследствии будут убиты братья-князья Борис и Глеб.

Удаленную из Киева великую княгиню Рогнеду мучили не только ревность и оскорбленное достоинство, но и тревога за маленького Изяслава. Равнодушие Владимира к их сыну-первенцу переполнило чашу терпения Рогнеды.

Однажды Владимир охотился в дубраве на берегу Лыбеди и решил навестить Рогнеду и сына Изяслава. Когда гонец сообщил княгине об этом, она пришла в негодование:

- «Итак, он вспомнил о жене…
Но не желание свиданья…
О нет! влечет его ко мне -
Одна лишь близость расстоянья!»

Когда после богатого пира утомленный охотой Владимир крепко заснул, Рогнеда решилась на мужеубийство. Она тихонько встала с супружеского ложа, зажгла свечу, сняла со стены тяжелый меч и занесла его над Владимиром. В тот самый момент Владимир внезапно проснулся и, выхватив у нее меч, вскричал:

- «На что дерзнула в исступленьи?..
Но долг супруги, но любовь?..»

Прекрасная Рогнеда, стойко перенесшая столько страданий, без страха отвечала разгневанному мужу:

- «Любовь! к кому?.. к тебе, губитель?..
Забыл, во мне чья льется кровь,
Забыл ты, кем убит родитель!..
Ты, ты, тиран его сразил!
Горя преступною любовью,
Ты жениха меня лишил
И братнею облился кровью!
Испепелив мой край родной,
Рекою ты кровь в нем пролил всюду
И Полоцк, дивный красотой,
Преобратил развалин в груду.
Но недовольный, местью злой
К бессильной пленнице пылая,
Ты брак свой совершил со мной
При зареве родного края!
Повлек меня в престольный град;
Тебе я сына даровала...
И что ж?.. Еще презренья хлад
В очах тирана прочитала!..

Владимир промолчал. Да и что мог он ответить на справедливые упреки Рогнеды?! По языческим законам славян того времени, покушение на жизнь мужа каралось смертью. Княгиню же, по традиции, мог казнить только сам князь. Владимир велел Рогнеде надеть свадебную княжескую одежду, сесть на богато убранную постель в своей горнице и ждать его. Рогнеда знала, что ее ждет неминуемая смерть, что на утренней заре роскошное брачное ложе станет для нее плахой, на которой беспощадный Владимир пронзит ее своим мечом.

Без боязни и без слез ждала Рогнеда назначенной супругом казни. Казалось, все слезы она уже выплакала! Одно-единственное чувство теплилось в ее груди: она желала хотя бы еще раз увидеть юного Изяслава. Тайком пробралась она к сыну. И только здесь, у постели сына, невольно разбудив его бурными поцелуями и объятиями, Рогнеда не выдержала и разрыдалась. Встревоженному, горячо любящему мать и рано повзрослевшему княжичу Изяславу поведала она, что через несколько часов он осиротеет.

Когда с первыми лучами багровой зари Владимир вошел с мечом в руке к Рогнеде, его встретил четырехлетний Изяслав, став, тоже с мечом, на защиту матери. Бесстрашно преградив путь гневному родителю, Изяслав сказал ему: «Отец, или ты думаешь, что ты один здесь ходишь? Коль можешь - убей, жестокий, мать при сыне!» И грозный Владимир, увидев сына и услышав его речь, не посмел осуществить то, что ему повелевал языческий закон. Ошеломленный, он растерянно произнес: «А кто же знал, что ты здесь?!» Бросил меч и приказал позвать бояр, чтобы спросить их совета. А бояре посоветовали Владимиру не убивать жену, простить ее ради сына-малютки и даже вернуть ей и Изяславу землю Рогволода. Владимир так и поступил. Смилостивившись над Рогнедой, «воздвигнул ей отчину», «устрои город и нарече имя городу тому Изяславль» - по имени их первого с Рогнедой сына.

Многие биографы великого князя киевского Владимира Святославича не без оснований усматривают в столкновении с княгиней Рогнедой и его исходе проявление глубокого и благотворного нравственного переворота, совершившегося в его душе еще до принятия христианства. В молодом князе, до случая с Рогнедой неукоснительно следовавшего языческим обычаям во всем, что касалось мести, насилия, захвата «трофейных» жен и наложниц, произошла перемена. Защищая свое достоинство, Рогнеда отказывалась жить по привычным для своего времени правилам и побуждала к этому своего мужа. Готовая заплатить жизнью за свое достоинство и права своего ребенка, она пробудила в нем совесть, подвигла его на искания нравственных законов. Княгиня оценила милосердие и благородство Владимира, сохранившего ей жизнь, вопреки языческим законам.

Прощенная, уверенная отныне в будущности своего сына Изяслава, Рогнеда примирилась с мужем. Более того, она снова оказалась в почете как великая киевская княгиня, верная супруга и заботливая мать. В последующие годы у Рогнеды и Владимира родились еще три сына и две дочери, среди которых были будущий великий князь Ярослав Мудрый и его активная сторонница, великая княжна Предслава, получившая от отца во владение «селце Предславино».

Счастливая мать, Рогнеда не догадывалась, что впереди ее ждут новые горести. В 989 году Владимир, приняв христианство, обвенчался в Корсуне с византийской царевной Анной. На обратном пути в Киев он послал сказать своей первой жене Рогнеде: «Теперь, крестившись, я должен иметь одну жену, с которой вступил в христианский брак; ты же выбери себе мужа из моих бояр». Замечателен ответ Рогнеды Рогволодовны, который она велела передать Владимиру: «Я - природная княжна, ею была, ею и останусь... А если ты принял святое крещение, то и я могу быть невестой Христовою».

Печальная судьба прекрасной славянки Рогнеды вызывала сочувствие. За горести, слезы и страдания современники прозвали ее «Гориславой». Умерла Рогнеда на рубеже двух тысячелетий, в 1000 году. Письменные источники не сохранили сведений о том, где она похоронена.

Старший сын Рогнеды Рогволодовны, Изяслав Владимирович, впоследствии стал родоначальником новой династии полоцких князей. Летописи характеризуют Изяслава Владимировича как мудрого и просвещенного правителя. Младший сын Рогнеды Рогволодовны, Ярослав Владимирович Мудрый, женатый на дочери шведского короля Олафа, стал великим киевским князем и продолжателем всей последующей династии Рюриковичей.

Один из самых образованных правителей своего времени, Ярослав Мудрый был прекрасным семьянином, нежно любящим супругом, братом и отцом. Ярослав Мудрый высоко ценил достоинства своей жены Ирины-Ингигерды, дочери шведского короля Олафа, которая занималась не только воспитанием детей, но и вникала во все государственные дела, создавая особую культурную и духовную атмосферу при дворе своего мужа, великого князя киевского. Ярослав Мудрый заботился о прекрасном образовании и «поучении книжнем» не одних лишь сыновей, но и дочерей. Чрезвычайно взыскательно относился он и к претендентам на руку каждой из них. Три его дочери - Елизавета, Анна и Анастасия - стали первыми коронованными россиянками.

Ярослав Мудрый был горячо привязан и принимал самое деятельное участие в судьбе своей любимой родной сестры, великой княгини Предславы Владимировны. Предслава, в свою очередь, активно включилась в борьбу за вокняжение брата на престоле в 1015-1019 годах. После смерти отца она сообщила Ярославу в Новгород об убийстве Бориса и Глеба и бесстрашно укрывала у себя противников Святополка. Личная жизнь деятельной и умной красавицы Предславы сложилась трагически. Ее руки добивался польский король Болеслав I. Но юная Предслава отказала старому тестю Святополка Окаянного. Святополк был основным соперником Ярослава в борьбе за власть в Киеве. А польский король Болеслав I, на дочери которого Святополк был женат, стремился с его помощью навязать Руси польское латинство, то есть католическую веру. Польский король не простил отказа великой киевской княгине Предславе. Он двинул свои войска на Русскую землю, захватил вместе со Святополком Киев. Взяв в плен Предславу вместе с ее придворной дружиной, он сделал дочь Владимира своей наложницей. Узнав о злодеянии Болеслава, Ярослав поспешил на помощь сестре. В 1019 году на реке Альте он нанес сокрушительное поражение насильнику Болеславу и Святополку Окаянному, убившему своих братьев, князей Бориса и Глеба.

Верный супруг, отрицательно относившийся к многоженству, Ярослав Владимирович Мудрый никогда не забывал печальной участи, постигшей в свое время его мать Рогнеду Рогволодовну и сестру Предславу Владимировну. Составитель «Русской Правды», он юридически закрепил право женщин на проявление собственной воли при выборе супруга. Так, в статьях Устава князя Ярослава Владимировича предполагалось наказание родителей, не считавшихся со свободной волей невесты в делах замужества не только в тех драматических ситуациях, когда девушки совершали самоубийство из-за брака поневоле, но и в тех случаях, «аще девка восхощет замуж, а отец и мати не дадять». Такого гуманного отношения к женщине, как в русском праве, не знало в XI веке законодательство ни одной европейской страны.

Памятник Рогнеде и Изяславу в Заславле

Яркий образ прекрасной и сильной славянки Рогнеды не померк со временем. В Тверской и Лаврентьевской летописях под 1128 годом есть ее жизнеописание, которое звучит как легенда. Возвышая личность Рогнеды, летописцы отдают должное ее несомненным достоинствам: безграничной преданности родному краю, женской гордости, супружеской верности, самозабвенной материнской любви. Незаурядная судьба и личность Рогнеды вдохновляла художников, музыкантов и поэтов. Живописцы А. Лосенко и Н. Грибков создали замечательные полотна: «Владимир и Рогнеда» и «Ревность Рогнеды». Композитор А. Серов написал оперу «Рогнеда». С огромным успехом она прошла на сцене Мариинского театра в 1865 году. О Рогнеде писали свои поэмы и стихи К. Рылеев, Т. Шевченко, Я. Купала.

Красавице-княжне Предславе, бесстрашно выступавшей против польской католической группировки на Руси во главе с изменником Святополком Окаянным, посвящено немало добрых слов в «Повести временных лет», в «Патерике Киевского Печерского монастыря», в «Сказании об убиении святых страстотерпцев Бориса и Глеба».

***

История государства Российского