Дедуля мой ушел этой зимой в возрасте 81 года. Оставил после себя мемуары, которые писал с конца 80-х годов. Перепечатываю потихоньку, это живая история. Что со всем этим делать, пока не знаю, но кое-что буду публиковать тут.
Когда началась война, деду было 15 лет. Затем он учился в военном училище, а в конце войны и затем, уже в мирное время, служил в войсках МВД-НКВД.
Перепечатала с небольшим редактированием с рукописи – возможно, есть фактические неточности в названиях. Не проверяла, оставила как есть.
Я, Красноярцев Петр Васильевич, родился 26 сентября 1925 г. по новому стилю, в селе Изобильное Соль-Илецкого района Оренбургской области.
Моя мать, Кудрина Мария Васильевна 1905 года рождения, после родов через 8-10 часов умерла. Мой отец, Красноярцев Василий Петрович, 1904 г. р., в октябре 1925 был призван в ряды РККА, в 44 кавалерийский полк 2 кавалерийской дивизии им. Морозова в г. Оренбург. Меня воспитали бабушки: Красноярцева Дарья Степановна и Кудрина Анисья Алексеевна. До годовалого возраста я жил то у одной бабушки, то у другой, кормили меня коровьим молоком из стеклянного рожка.
Когда мне исполнилось три года, отец демобилизовался их рядов РККА. В этот период в деревне Изобильное шел процесс раскулачивания, а после – высылка кулаков в отдаленные районы страны; началась коллективизация.
Мой отец проработал председателем колхоза им. Цвилинга два с лишним года, после чего его снова призвали в тот же полк РККА.
Отец женился на Донецковой Матрене Ивановне 1908 г. р. и поехал с ней в г. Оренбург, а я остался у бабушки в Изобильном.
Детство с 3 до 7 лет я провел с маминым братом, дядей Кудриным Петром Васильевичем. Он научил меня плавать, рыбачить, резать талы для плетения плетней и самоловок, правильно поливать огород. Я очень любил собирать картошку – дядя Петя давал мне и моему дружку 10 копеек за собранное ведро.
В 1932 г. дядя Петя привез меня в Оренбург к отцу, мы жили на Пушкинской улице, и я даже год ходил в детский сад. Потом мы переехали жить к Зеленому базару, напротив нас был ипподром, и я очень любил смотреть скачки.
В 1930 г. родился мой брат Николай, но через 2 года он умер. В декабре 1934 г. родилась моя сестра Роза.
В 1933 г. я пошел в школу № 6 им. Л. Толстого. До сих пор помню первую учительницу – Марию Давыдовну, старенькую и миловидную, она потратила немало сил, чтобы привлечь меня к успехам в учебе. Когда я пошел в школу, то знал только букву «О». Очень не любил чтение и диктанты, а вот математику и географию очень любил.
В 1936 г. нашу 2 кавалерийскую дивизию перебросили в г. Пуховичи Минской обл.
Мы переехали туда всей семьей. В 1939 г. там родился мой брат Геннадий.
В сентябре 1939 г. при освобождении западной Белоруссии от польских оккупантов, дивизия передислоцировалась в г. Белосток, а полк, в котором служил отец, находился в местечке Супрасль в 10-12 км от Белостока. Конечно, переехала туда и семья отца, но меня, ученика 6 класса, отец проводил в Минск, откуда я один через Москву поехал в Изобильное, чтобы там окончить 6 класс.
Доехал я хорошо. В Москве провел полдня, ездил на двухчасовую экскурсию по метро, катался на «лесенке-чудесенке». Особенно мне запомнились тогда станции «Охотный ряд» и «Маяковская». Вечером поездом отбыл в Соль-Илецк, где меня встретили 30-градусные морозы, а оттуда на лошадях поехал в Изобильное.
В 1940 я закончил 6-й класс, а в августе за мной приехал отец, чтобы забрать в Супрасль. Там в 1941 я закончил 7 класс, там нас и застала Великая Отечественная война…
В Супрасли родился мой брат Владимир. Весной 1941 отца перебросили на новое место службы в Замброво, недалеко от г. Лонжа. Отец был в звании капитана, он командовал 13-м танковым пограничным отрядом. Получив квартиру, 21 июня 1941 г. он приехал за нами в Супрасль, чтобы перевезти в Замброво. Солдаты из соседней части, где раньше служил отец, погрузили наши вещи и мебель в машину. Вечером мы ужинали у командира части полковника Собакина – помню, у него был только один сын Эрик, пятиклассник. Мы поужинали, простились с ними и пошли отдыхать, чтобы завтра утром пораньше ехать в Замброво.
В 4.30 утра 22 июня 1941 г. нас разбудили солдаты. Отец сказал маме, что надо поскорее ехать, немцы бомбят Белосток, затем дал мне 10 рублей и велел купить хлеба. Магазин был в нашем бараке, я постучал к тете Доре – продавщице, - она провела меня через свою квартиру в магазин, и я купил у нее две буханки белого хлеба и двадцать французских булочек. Когда я принес все это домой, отец и мать слегка пожурили меня – зачем я купил так много хлеба, но затем этот хлеб спас нас от голода во время эвакуации.
Около 5 утра мы выехали в Замброво. Доехали до Белостока, туда нас не впустили, и мы поехали в объезд до шоссе на Ломжу. Немцы наступают на нее, а мы едем прямо к ним в лапы, навстречу нам бегут женщины, дети, попадаются и мужчины, все ругают нас: «Куда вы едете?!» По дороге нас 2-3 раза обстреляли с самолета, на обочине мы видели подбитую машину, там шофер и отец заправили наш автомобиль бензином, и мы поехали дальше, на запад.
Через некоторое время впереди мы увидели горящее село, слышались взрывы, а навстречу нам бежали люди, особенно много было народу еврейской национальности. Нас догнала какая-то военная машина, отец ее остановил, поговорил с сидевшим в ней майором, потом быстро подбежал к нам, обнял и поцеловал, дал маме денег на дорогу и велел нам ехать в Белосток, а оттуда – домой, на родину в Оренбургскую область, село Изобильное.
Сам он быстро сел в машину майора, и они поехали туда, где горело село, откуда бежали люди, в самое пекло.
Отец пропал без вести, думаю, что он погиб почти сразу после нашего расставания.
К середине дня мы на машине, груженной нашими вещами, подъехали на товарную станцию г. Белосток. Подойти к поездам, на которых эвакуировали людей, было невозможно. Была жуткая паника. Прошел слух, что через час немцы будут в Белостоке. Все бегали, кричали, ждали составы для эвакуации.
Через некоторое время подали состав из товарных вагонов, я слышал крик и ругань, подойти к вагонам для посадки было невозможно, людей было несколько тысяч, и эти сорок вагонов были просто мизером для всех беженцев, находящихся на платформе и рядом с ней…
Не знаю и не помню, как я пролез под платформой, высотой она была чуть больше метра. Я пролез под составом и увидел вагон с лесенкой и открытой дверью, а в нем – никого. Две-три минуты – и я уже стоял у нашей машины, сказал маме и шоферу дяде Коле о том, что я видел пустой вагон.
Переживал только об одном – как мама с братишкой Вовой подлезет под платформу? Но все получилось, и очень быстро, второпях мать взяла две пуховые подушки, одеяло и две сумки с хлебом и продуктами. Мы быстро проползли под платформой, затем под составом, влезли в вагон и сели в углу на стол. Тут дверь открылась, ввалилось человек 30, в основном женщины и дети, под давлением толпы они повалились на пол, в этот момент поезд тронулся. Я видел, как мужчина и женщина провалились между платформой и вагоном, а поезд набирал скорость, крик о помощи заглушили грохот состава и шум в вагоне…
Позже нам сообщили, что вскоре после нашего отъезда Белосток был в руках фашистов.
Мы ехали в сторону г. Барановичи. По дороге ночью и днем нас несколько раз обстреливали с самолетов Хенкель-13. Когда велся обстрел, поезд останавливался, многие выбегали из поезда… По ним стреляли. Так было несколько раз за сутки.
Когда мы проезжали Барановичи, я видел ночной бой, видел, как наши прожекторы взяли в пучок фашистский самолет, как стреляли по этому самолету трассирующими пулями – и мимо… Меня сильно разочаровало увиденное, недавно я смотрел фильм «Если завтра война» и не мог поверить, что наши ворошиловские стрелки мазали.
Ночь была очень тревожная, наш поезд часто обстреливали, бросали над нами светящиеся ракеты, один вражеский самолет изрешетил несколько последних вагонов – я видел утром, как оттуда выносили тела погибших и много раненных. Наш вагон был в середине, нам повезло.
Наш состав с эвакуированными подъезжал к Минску. Там я увидел, как два наших истребителя посадили фашистский самолет на поле. Все, кто видел, очень радовались этому. Минск горел, ничего не было видно – все в дыму, люди, сидевшие в вагонах, хмурились, не было видно ни солнца, ни неба.
Когда мы подъезжали к Смоленску, нас опять обстреляли с самолетов, и снова в лес бежали люди, по ним стреляли, и мне, 15-летнему юноше, было совсем не понятно – как немцы могли бомбить Смоленск, быть здесь, под Смоленском, все вертелось и крутилось в голове – как, почему в такой водоворот попали мы, наша страна?
От Смоленска нас направили южнее Москвы, Москва была занята оборонительными работами, ей было не до нас. Нас везли в Саратов. И только за день до прибытия в Саратов нас перестали обстреливать. Хорошо, что на наш эшелон не было сброшено ни одной бомбы, а то были бы большие человеческие жертвы.
Перед Саратовым на станциях нам давали хлеб, макароны, чай – это была большая радость для людей, не видевших хлеба по две недели, люди страдали от голода, болели. Воды тоже не хватало.
Примерно 5-6 июля наш эшелон прибыл на станцию Алтата, это несколько километров за г. Энгельс Саратовской обл. Там всех людей переписали, разбили на группы и отправили по селам и деревням работать в колхозы и совхозы, нашей семье (5 человек – мама, я, Роза, братья Геннадий и Владимир) купили билет до станции Цвилинга Соль-Илецкого р-на. Оттуда до Изобильного 10 км. Дали нам продуктов на дорогу.
Отец, когда я рано утром 22 июня накупил хлеба, ругал меня – мол, много купил, через 3 часа мы уже будем на новом месте жительства. А этот хлеб спас нас от голода в дороге. Мама делили хлеб между нами, первые 2-3 дня у нас было еще немного сливочного масла. Потом остался один сахарный песок – мы его тоже съели через неделю, а потом ели только булочки с водой, которую я доставал на остановках. Был случай на станции Сухиничи, через которую мы проезжали. Поезд остановился, нам сказали, что он будет стоять часа три. Мама дала мне денег, и я побежал на станцию что-нибудь купить поесть, было около 3-х часов ночи.
Когда я нашел там столовую, то купил макароны и десять котлет, все это было у меня в большом блюде. Как радовалось мое сердце, что сейчас я накормлю всех котлетами! Увы. Когда я подошел к путям, нашего эшелона не было, он уехал на другую станцию – Сухиничи-2, на расстояние 7-8 км. Мне и другим отставшим сказали, что там он будет стоять 3-4 часа. Все бросились бежать по рельсам.
Босой, в пальто, но без шапки, с блюдом, в котором были котлеты и макароны, я побежал по рельсам в Сухиничи-2. Народу отстало много, в основном женщины, старики и дети. Начался рассвет. Мы не дошли пару сотен метров до железнодорожного моста через небольшую речку – нас остановили часовые. «Стой! Назад!» - кричали они, но толпа напирала. Тогда они дали вверх два предупредительных выстрела, все остановились и затем повернули в сторону простого деревянного моста, по которому хотели обойти железнодорожный. Когда мы дошли до моста, то увидели сваи, на одних лежало длинное бревно, скобами прикрученное к сваям. Мы начали переход, первые шли осторожно, чтобы не раскачивать бревно, человек 20 прошли нормально, потом некоторые стали падать в реку. Многие, в том числе и я с макаронами и котлетами, передвигались сидя. Некоторые перебирались вплавь.
Когда я нашел свой вагон, мама очень плакала, называла меня спасителем нашей семьи, дала сестре и брату котлеты… Они впервые за последние дни почувствовали, что наелись. Радость и счастье были на лице мамы, из глаз текли слезы. Через час мы поехали дальше, на восток.
Еще был забавный эпизод, по дороге домой в г. Уральске я встретил девушку Таю, с которой учился в школе в г. Пуховичи… Она тоже эвакуировалась со своей семьей.
На станции Цвилинга, куда мы прибыли наконец, жили сестра и брат мамы, мы остановились у них. Утром я пошел пешком в Изобильное. Бабушка обняла меня, плакала, не веря, что мы вернулись из Белоруссии живые и невредимые…
Спасибо всем, кто рассказал о своих первых воспоминаниях.А я помню, как я лежала в коляске и родители везли меня по ночной улице, фонари светились и сестрёнка всё время внутрь заглядывала.
Полагаю, что был год с небольшим.. Год и четыре где-то.Детские впечатления и эмоции формируют многие черты характера и отношение к жизни. Не зря психологи так тщательно копошатся в нашем детстве, ища в нем корни взрослых проблем: неудач с противоположным полом, неуверенности, замкнутости, тотального невезения и даже болезней. Для нас с вами это еще раз подчеркивает важность детского периода в жизни человека и обязывает нас дать своим малышам то, что заложит в них уверенность в своей жизни и «осанку короля».
Первые детские воспоминания
Обычно первые детские воспоминания начинаются где-то с 3х-4х лет. Знает ли кто-нибудь каковы теории на этот счёт, или есть ли у кого собственные предположения? Почему мы себя, как правило, не помним в более раннем возрасте?
Теория в общих чертах такая - при нормальном развитии ребёнка и его отношений с родителями, ребёнок не воспринимает себя как отдельную личность лет до 3х; оттого и воспоминаний "про себя" не остаётся. Более же ранние воспоминания указывают на то, что ребёнок был вынужден "отделится" от родителей раньше срока. Я так понимаю, что это может быть последствием большого стресса, как, например, расставания с родителями. Не могу сказать, что я полностью принимаю эту теорию; возникают вопросы. Но что-то в этом есть.Группа ученых выяснила, почему большинство взрослых не помнит себя в возрасте 3-4 лет и младше, при том, что маленькие дети хорошо помнят себя с самого раннего возраста. В ходе исследования ученые попросили 140 детей в возрасте 4-13 лет описать три своих самых ранних воспоминания.
Два года спустя тех же детей вновь попросили припомнить три случая из раннего детства и по возможности указать, сколько лет им было в каждом случае, сообщает Daily News & Analysis .
О том, что описанные детьми события на самом деле имели место, подтвердили их родители. Также они попытались самостоятельно вспомнить возраст ребенка в каждом отдельном воспоминании.
Дети, которым в ходе первого эксперимента было 4-7 лет, продемонстрировали очень мало совпадений между воспоминаниями в первом и во втором случае. Это позволяет предположить, что самые ранние детские воспоминания наиболее непрочны и уязвимы.
Ваши первые детские воспоминания - они какие?Своим героиням я люблю задавать вопрос о первом детском воспоминании.
Некоторые помнят себя в пять лет, у некоторых детские воспоминания начинаются с трех лет, а одна актриса уверяла меня, что помнит себя еще тогда, когда говорить не умела. Человеческая память причудлива.
У кого-то как вспышка, у кого-то - как длинный роман.
Я помню себя четко только со школьных лет. Помню ненавистную серую шапку, которая завязывалась под подбородком, а под нее мама еще закручивала платок для тепла.
О воспоминаниях детства и покрывающих воспоминанияхКак далеко в глубь детства простираются наши воспоминания? Мне известно несколько исследований по этому вопросу, в том числе работы Анри и Потвина ; из них мы узнаем о существовании значительных индивидуальных различий; некоторые из подвергавшихся наблюдениям относят свои первые воспоминания к 6-му месяцу жизни, в то время как другие ничего не помнят из своей жизни до конца 6-го и даже 8-го года. С чем же связаны эти различия в воспоминаниях детства и какое значение они имеют? Очевидно, что для решения этого вопроса мало добыть материал путем коллекционирования сведений; необходима его обработка, в которой должно участвовать то лицо, от коего данные сообщения исходят.
На мой взгляд, мы слишком равнодушно относимся к фактам младенческой амнезии – утрате воспоминаний о первых годах нашей жизни и благодаря этому проходим мимо своеобразной загадки. Мы забываем о том, какого высокого уровня интеллектуального развития достигает ребенок уже на четвертом году жизни, на какие сложные эмоции он способен; мы должны были бы поразиться, как мало сохраняется обычно из этих душевных событий в памяти в позднейшие годы; тем более, что мы имеем все основания предполагать, что эти забытые переживания детства отнюдь не проскользнули бесследно в развитии данного лица; напротив, они оказали влияние, оставшееся решающим и в последующее время. И вот несмотря на это несравненное влияние они забываются!Первые детские воспоминания
Я помню, что бежала по бабушкиному огороду в оранжевом сарафане. Как оказалась этот сарафан я носила когда мне было примерно 2 года.
15 июня 2014 года скончался американский писатель и учёный-филолог Дэниел Киз . Он ушел из жизни в возрасте 86 лет. Популярность ему принесли романы «Цветы для Элджернона» и «Множественные умы Билли Миллигана», с которыми лично мне удалось познакомиться три года назад. Они оставили самые сильные впечатления и немало поводов для размышлений. Пусть покоится с миром Дэниел Киз, почтим память о нем, вспомним его романы. Я уже когда-то писал небольшие рецензии в честь его творений, чем и поделюсь с вами ниже.
Дэниел Киз - единственный автор, который сумел получить две самых престижных в англоязычной научной фантастике награды за два произведения с одним и тем же названием. В 1960 году премии «Хьюго» был удостоен рассказ «Цветы для Элджернона», а в 1966-м премию «Небьюла» получил одноимённый роман, написанный на его основе.
Роман «Множественные умы Билли Миллигана» (1981) основан на реальной истории и повествует о человеке, оправданном в совершенных преступлениях по той причине, что он страдал многократным раздвоением личности. Билли Миллиган — один из самых известных людей с диагнозом «множественная личность» в истории психиатрии (24 полноценных личности)
«Цветы для Элджернона»
Эта история об умственно отсталом человеке. Его зовут Чарли. Он спокойный и мирный, работает в пекарне. С него все время смеются его «друзья», а он лишь счастлив из-за того, что приносит им радость. Думает, что они любят его. Вот так и жил он беззаботно, пока на нем не решили провести нейрохирургический эксперимент - такую же операцию сделали и мышонку по имени Элджернон, с которым он хорошо подружился. После этого он действительно стал умным. Нет. Он стал просто гением! Он всегда хотел таким быть, он очень старался. Но после этого все стало не так просто.
«Я учусь сдерживать обиду, быть терпеливее, ждать. Я расту. Каждый день я узнаю о себе что-то новое, и воспоминания, начавшиеся с небольшой ряби, захлестывают меня десятибалльным штормом.»
Страшные воспоминания из прошлого, желание все выяснить. Появилось множество жизненных проблем и трудности с некоторыми вещами: отношения, самопознание, дружба, любовь, секс, борьба с самим собой. Ему нужно было понять свое «Я». Узнать главное - кто же такой Чарли Гордон на самом деле?
«Да, я неловок, но только оттого, что никогда прежде не оказывался в подобных обстоятельствах. Откуда человек узнает, как ему вести себя с другим человеком? Откуда мужчина узнает, как вести себя с женщиной? От книг мало толку. В следующий раз обязательно поцелую ее.»
Невероятная история, в которую полностью погружаешься и ощущаешь состояние главного героя. Впервые вижу, чтобы в литературе использовались умышленные ошибки в правописании - это помогает как можно лучше понять, что происходит с человеком и как развивается его личность. Все настолько трогательно, что зачастую невозможно сдержаться, не пустив слезу. Рекомендую к прочтению. Здесь каждый найдет что-то свое. Неудивительно, что эта книга входит в программу обязательного чтения в американских школах.
Эта грандиозная история обладает поразительной психологической силой и заставляет задуматься о многих жизненных ценностях.
«Множественные умы Билли Миллигана»
В свое время ходили слухи о популярной книге, в которой рассказывалось о реально существующем человеке с раздвоением личности. И что тут такого, думал я, подобных ему тысячи во всем мире. Но когда узнал, что у данного персонажа этих «образов» насчитывается около двух десятков, то удивился и скептически отнесся к данной информации. Но со временем все же принялся за чтение книги Дэниела Киза «Множественные умы Билли Миллигана». Интерес подогревали сведения о том, что сия история подкреплена фундаментом с реально существующими событиями.
Таинственная история Билли очень интересная, читается на одном дыхании. Но все же это грустно и страшно. Вы только представьте, что вашим телом управляют еще 23 личности - и все это вне вашего осведомления. Вы не понимаете, что с вами было все время, пока вы «спали». Даже когда одна личность может наблюдать за действиями другой, то это еще ужасней, ведь вы ничего не контролируете и наблюдаете за своими действиями как будто бы со стороны и сквозь туман. Дэниел Киз потрясающе сумел все описать - с легкостью можно представить эти 24 личности, где каждая со своими переживаниями и взглядами на жизнь.
Кевин. Одна из личностей Билли Миллигана: «Мы знаем, что мир без боли – это мир без чувств… но ведь мир без чувств – это мир без боли.»
P.S. После выхода книги, в 1991 год Миллигана признали «цельным» и отпустили на свободу. В 90-х годах он снимал фильмы, рисовал картины, занимался программированием, физикой, математикой. Он был гением, но все еще оставался расщепленной личностью (как он сам признавал). Так вот интересно, что с ним сейчас? Какой он сейчас? Говорят, что про него ничего не слышно и неизвестно его точное местонахождение.
Работа над фильмом «The Crowded Room» о жизни Билли Миллигана постоянно приостанавливалась и нет никакой достоверной информации насчет того, выйдет ли вообще. Вокруг этого человека постоянно творится нечто невероятное и таинственное.
Попробуйте вычленить свое первое воспоминание. Сколько вам лет? Три года, пять лет? Многие из нас не помнят ничего до трех лет, а другие и того больше. Почему же так происходит и почему мы так мало помним о своем детстве? Попробовала разобраться.
Гитара, гриб и молочный суп
Один мой знакомый рассказывал мне о своих первых воспоминаниях: он лежит в люльке, ему год-полтора, над ним висит гитара. Когда он вырос и спросил у родителей про эту гитару, то они очень удивились, ведь в таком возрасте обычно никто себя не помнит. К слову, молодой человек был музыкантом. Может, первое воспоминание о гитаре на него так повлияло?
Мне самой не удается разобраться, какое воспоминание у меня самое первое. Вот я иду с бабушкой летним днем по деревне. Помню домики, озеро, солнце. В руках — большой гриб, которым я хвастаюсь. Мне года три. Или сижу у мамы на коленях в гостях. Помню стол с едой и напитками и человека с камерой. Позже я найду эти фотографии в семейном альбоме. Или смотрю вниз с балкона (мы жили на пятом этаже). Ощущение страха и высоты. Но конкретного первого воспоминания я назвать не могу.
Спрашиваю подругу. Она тоже не может назвать какой-то конкретный эпизод детства.
Помню, как в 4 года спрашивала в садике про суп, чтобы понять, хочу ли я обедать. Мне ответили, что сегодня молочный. И я сказала что-то типа: «Ну тогда я буду обедать», — рассказывает она.
К слову, Лев Толстой достаточно подробно описывал свои первые воспоминания. Может, такая способность есть признак гениальности?
Вот первые мои воспоминания, такие, которые я не умею поставить по порядку, не зная, что было прежде, что после. О некоторых даже не знаю, было ли то во сне или наяву. Вот они. Я связан, мне хочется выпростать руки, и я не могу этого сделать. Я кричу и плачу, и мне самому неприятен мой крик, но я не могу остановиться. Надо мною стоят, нагнувшись, кто-то, я не помню кто, и все это в полутьме, но я помню, что двое, и крик мой действует на них: они тревожатся от моего крика, но не развязывают меня, чего я хочу, и я кричу еще громче. Им кажется, что это нужно (то есть то, чтобы я был связан), тогда как я знаю, что это не нужно, в хочу доказать им это, и я заливаюсь криком, противным для самого меня, но неудержимым. Я чувствую несправедливость и жестокость не людей, потому что они жалеют меня, но судьбы и жалость над самим собою.
Забавно. Почему мозг оставил именно эти воспоминания и как они на нас повлияли? Попробую разобраться, почему мы начисто забываем все, что было до трех лет (а некоторые и вовсе начинают приводить воспоминания из пятилетнего возраста).
Общество и особенности мозга
Неспособность хранить воспоминания из раннего детства обычно называют инфантильной амнезией . Термин появился благодаря отцу психоанализа Зигмунду Фрейду, который более ста лет назад ввел в оборот термин «младенческая амнезия». Вот основные точки зрения современной науки на эту проблему.
Нейронные связи
Интересно, что все ученые указывают на то, что дети в младенчестве могут эффективно пользоваться памятью и другими когнитивными функциями. Ежесекундно младенец формирует по 700 новых нейронных связей и пускает в ход навыки изучения языков, которым мог бы позавидовать любой полиглот. Уже до окончания первого года жизни младенцы используют нисходящее внимание для визуального поиска, а также пополняют словарный запас во время сна. А некоторые исследования указывают на то, что ребенок начинает тренировать мозг еще в утробе матери.
Объяснение инфантильной амнезии может заключаться в том, что в детском возрасте в мозге интенсивно заменяются нейроны и формируются новые нервные связи. Такие сложные процессы фактически стирают память. Во время взросления гибель и формирование новых нервных клеток существенно замедляются (но не останавливаются окончательно). Поэтому лучше всего мы помним то, что с нами происходило уже во взрослом состоянии, когда используются все одни и те же нейроны с одними и теми же связями.
Особенности нашей памяти
Ответ на это можно найти в работе жившего в XIX веке немецкого психолога Германа Эббингауза, который провел ряд новаторских исследований на себе самом, чтобы выявить пределы человеческой памяти. Благодаря ряду экспериментов он установил, что человек поразительно быстро забывает выученное. В отсутствие особых усилий человеческий мозг отсеивает половину всех новых знаний в течение часа. К концу месяца человек помнит лишь 2-3% того, что учил. Может, в период осваивания важнейших навыков мы забываем все несущественное, концентрируясь на навыках, которые обеспечат наше выживание в дальнейшем?
Отношение общества
Психолог Ци Ван из Корнельского университета (США) тоже интересовалась этой темой. Она собрала сотни воспоминаний в группах китайских и американских студентов, чтобы установить природу этого явления. Выяснился любопытный факт: у американцев рассказы были длиннее, а китайцы высказывались лаконичнее и с упором на факты. В целом детские воспоминания китайских студентов начинались на полгода позже. В ходе анализа она установила, что если воспоминания о детстве были смутными, то в этом виноваты родители и культура. Если общество дает вам понять, что эти воспоминания важны для вас, вы их сохраните. Ученая установила, что раньше всего воспоминания начинают формироваться у малолетних представителей новозеландского народа маори, для которого характерно большое внимание к прошлому. Многие люди помнят, что с ними было в возрасте всего двух с половиной лет.
Язык
Некоторые психологи полагают, что события начинают сохраняться в памяти человека только после того, как он освоит речь. Язык помогает нам структурировать наши воспоминания, сложить их в форме повествования. Поэтому когда мы осваиваем языковые навыки, то нам становится легче запоминать прошлое. Но многие психологи к этой теории относятся скептически, так как дети, которые, например, рождаются глухими или растут, не зная языка, помнят себя примерно с того же возраста.
Еще одна интересная вещь, связанная с первыми воспоминаниями, — это наша способность их придумывать. Мы можем якобы помнить те воспоминания, которые либо никогда с нами не происходили, либо восстанавливать события из рассказов близких.
Люди могут подхватывать идеи и начинать их визуализировать, в результате чего они становятся неотличимы от воспоминаний, — рассказывает ученая Элизабет Лофтес.
Недавнее исследование британских ученых подтверждают эту особенность. Исследователи попросили более шести тысяч добровольцев разных возрастов рассказать о своем первом воспоминании и выяснили, что почти 40 процентов из них происходили в возрасте до трех лет. По словам авторов работы, опубликованной в журнале Psychological Science , в этом возрасте воспоминания эпизодической памяти еще не формируются, из чего можно сделать вывод, что они выдуманные..