145 лет назад, 6 июня 1872 г. в семье Великого герцога Гессенского и Рейнского родилась четвёртая дочь. Её назвали Виктория Алиса Елена Луиза Беатриса Гессен-Дармштадская . Бабка, английская королева, называла её Sunny — Солнышко. Домашние — Аликс. В России, где ей суждено было стать последней императрицей, при крещении в православную веру получила имя Александры Фёдоровны . За глаза же — прозвище «Гессенская муха».
Восприятие правителей в народе, или, как принято выражаться в научной среде, репрезентация власти — важный момент в осознании некоторых исторических периодов. Особенно это касается великих потрясений вроде революций или эпохи реформ. Только что власть была исключительно от Бога и сомнений относительно своей легитимности у народа не вызывала. Но вот что-то происходит, и люди тут же начинают производить байки и легенды относительно своих лидеров. Пётр Великий становится не только царём-плотником, но и Антихристом, а Иван Грозный превращается в «Ивашку, царька кровавого». Того же прозвища удостаивается и последний русский император Николай II . С его женой, Александрой Фёдоровной произошло нечто похожее. С одной только разницей. Если на Николая поначалу ещё возлагали какие-то надежды, то императрицу у нас невзлюбили сразу и целиком.
Глас народа
После того, как семью последнего Романова канонизировали, память о том, как именно воспринимал народ Александру Фёдоровну, пытаются затушевать сусальными воспоминаниями. Например, такими: «Императрица организовала 4 больших базара в пользу туберкулезных в 1911, 1912, 1913 и 1914 гг.; они принесли массу денег. Она сама работала, рисовала и вышивала для базара и, несмотря на свое некрепкое здоровье, весь день стояла у киоска, окруженная огромной толпой народа. Маленький Алексей Николаевич стоял возле неё на прилавке, протягивая ручки с вещами восторженной толпе. Восторгу населения не было предела». Однако буквально через несколько строк автор этих воспоминаний, фрейлина и ближайшая подруга императрицы Анна Вырубова , делает показательную оговорку: «Народ, в то время не тронутый революционной пропагандой, обожал Их Величества, и это никогда нельзя забыть».
Княжна Вера Гедройц (справа) и императрица Александра Фёдоровна в перевязочной Царскосельского госпиталя. 1915 г. Источник: Public Domain
Интересное дело. В 1911 г. народ, по мнению двора, оказывается, полон восторга по отношению к своей царице. Слепота поразительная. Потому что сам народ, прошедший и позор Русско-японской войны, и Революцию 1905-1907 гг., имеет совершенно иное мнение. Вот фрагмент одного уральского сказа: «Царица после девятьсот пятого году камень с краснинкой видеть не могла. То ли ей тут красные флаги мерещились, то ли чем другим память бередило, а только с пятого году к царице с красным камнем и не подходи — во всю голову завизжит, все русские слова потеряет и по-немецки заругается».
Никаким восторгом здесь и не пахнет. Скорее уж сарказм. И подобное отношение к своей персоне Александра Фёдоровна должна была наблюдать буквально с первого дня. Более того — она сама, вольно или невольно, давала к этому повод. Вот что об этом говорит та же Анна Вырубова: «Когда Александра Федоровна только что прибыла в Россию, она написала графине Ранцау , фрейлине своей сестры, принцессы Ирен : «Моего мужа отовсюду окружают лицемерие и лживость. Чувствую, что здесь нет никого, кто мог бы быть его действительной опорой. Немногие любят его и свое Отечество».
Почему-то это рассматривают как исключительно высокодуховное послание, полное скорби и печали. На самом деле оно полно заносчивости и самомнения. Едва прибыв в чужую для себя страну и ещё не выучив языка, супруга государя тут же начинает оскорблять своих подданных. Согласно её авторитетному мнению, русские не любят свою Родину и вообще все — потенциальные предатели.
Венчание Николая II и Александры Федоровной. Фото: Commons.wikimedia.org
Изнанка «обожания»
Слово — не воробей, и шила в мешке не утаишь. То, что было достоянием высших сфер, уже спустя пару дней через слуг, истопников и кучеров становится достоянием широкой общественности. И немудрено, что после такого искромётного выступления новой царицы полиция начинает регистрировать всё больше и больше дел, проходящих как «оскорбление величества».
Александре Фёдоровне припоминалось всё. Даже то, в чём она не была виновата. Так, бракосочетание Николая и Александры, да и весь их медовый месяц, совпали с трауром по только что умершему отцу Николая — императору Александру III . Вывод в народе был сделан моментальный. И отчасти пророческий: «Немка эта, почитай, на гробу к нам въехала, принесёт несчастье».
Впоследствии осмеянию подвергалось всё, что исходит от Александры Фёдоровны. Все её начинания — временами действительно благие и нужные — становились целью издевательств. Порой — в крайне циничной форме. Любопытно, что самого царя при этом не затрагивали и даже жалели. Вот фрагмент протокола одного из дел об «оскорблении величества»: «Василий Л., мещанин казанский 31 году от роду, указывая на портрет царской семьи, говорил: «Это — первая б... И дочери её б... И все ходят к ним... А государя нашего жаль — они, б... немецкие, его обманывают, потому сын не его, а подменный!»
Списать эту «красоту» на происки масонов или большевиков не получится. Хотя бы по той причине, что 80% обвинительных приговоров по таким вот делам вынесены крестьянам, агитацию среди которых те же большевики начнут ещё очень нескоро — когда крестьяне попадут под призыв и станут солдатами.
Впрочем, и тогда агитировать конкретно против императрицы никакой нужды не было. С самого начала войны её и без того объявили немецкой шпионкой и изменницей. Это народное мнение было настолько распространённым, что достигло ушей, которые для него и вовсе не были предназначены. Вот что пишет вице-консул Великобритании в Москве Брюс Локхарт : «Ходит несколько хороших историй, касающихся германофильских тенденций императрицы. Вот одна из лучших. Царевич плачет. Няня говорит: «Малыш, отчего ты плачешь?» — «Ну, когда бьют наших, плачет папа, когда немцев — мама, а мне когда плакать?»
Именно в годы войны среди прочих прозвищ Александры Фёдоровны появляется и «Гессенская муха». Такое насекомое действительно есть — это серьёзный вредитель, нападающий на рожь и пшеницу, способный убить урожай чуть ли не целиком. Если учесть, что Февральская Революция началась как раз с дефицита хлеба, поневоле задумаешься о том, что иногда глас народа — действительно глас Божий.
Александра Фёдоровна (жена Николая II)
Александра Фёдоровна, урождённая принцесса Виктория Алиса Елена Луиза Беатриса Гессен-Дармштадтская (нем. Victoria Alix Helena Louise Beatrice von Hessen und bei Rhein). Родилась 6 июня 1872 года в Дармштадте - расстреляна 17 июля 1918 года в Екатеринбурге. Российская императрица, супруга Николая II. Четвёртая дочь великого герцога Гессенского и Рейнского Людвига IV и герцогини Алисы, дочери английской королевы Виктории.
Виктория Алиса Елена Луиза Беатриса родилась в Дармштадте (Германская империя) 6 июня 1872 года.
Данное ей имя состояло из имени её матери (Алиса) и четырёх имён её тёток.
Крестными родителями были: Эдуард, принц Уэльский (будущий король Эдуард VII), цесаревич Александр Александрович (будущий император ) с супругой, великой княгиней Марией Фёдоровной, младшая дочь королевы Виктории принцесса Беатриса, Августа Гессен-Кассельская, герцогиня Кембриджская и Мария Анна, принцесса Прусская.
От королевы Виктории Алиса унаследовала ген гемофилии.
В 1878 году в Гессене распространилась эпидемия дифтерии. От неё умерли мать Алисы и её младшая сестра Мэй, после чего большую часть времени Алиса жила в Великобритании в замке Балморал и Осборн-хаусе на острове Уайт. Алиса считалась любимой внучкой королевы Виктории, которая называла её Sunny («Солнышко»).
В июне 1884 года, двенадцати лет, Алиса впервые посетила Россию, когда её старшая сестра Элла (в православии - Елизавета Фёдоровна) сочеталась браком с великим князем Сергеем Александровичем.
Второй раз она прибыла в Россию в январе 1889 года по приглашению великого князя Сергея Александровича. Пробыв в Сергиевском дворце (Петербург) шесть недель, принцесса познакомилась и обратила на себя особое внимание наследника цесаревича .
В начале 1890-х годов против брачного союза Алисы и цесаревича Николая были родители последнего, надеявшиеся на его брак с Еленой Луизой Генриеттой, дочерью Луи-Филиппа, графа Парижского. Ключевую роль в устройстве брака Алисы с Николаем Александровичем сыграли усилия её сестры, великой княгини Елизаветы Фёдоровны, и супруга последней, через которых осуществлялась переписка влюблённых.
Позиция императора Александра и его супруги изменилась ввиду настойчивости цесаревича и ухудшающегося здоровья императора. 6 апреля 1894 года манифестом было объявлено о помолвке цесаревича и Алисы Гессен-Дармштадтской.
Следующие месяцы Алиса изучала основы православия под руководством придворного протопресвитера Иоанна Янышева и русский язык - с учительницей Е. А. Шнейдер.
10 (22) октября 1894 год она приехала в Крым, в Ливадию, где пробыла вместе с императорской семьёй до дня смерти императора Александра III - 20 октября.
21 октября (2 ноября) 1894 год там же приняла через миропомазание православие с именем Александра и отчеством Фёдоровна (Феодоровна). Николай и Александра приходились друг другу дальними родственниками, будучи потомками немецких династий. Например, по линии своего отца Александра Фёдоровна была и четвероюродной тёткой (общий предок - прусский король Фридрих Вильгельм II), и троюродной сестрой Николая (общий предок - Вильгельмина Баденская).
Рост Александры Фёдоровны: 167 сантиметров.
Личная жизнь Александры Фёдоровны:
14 (26) ноября 1894 года, в день рождения императрицы Марии Фёдоровны, что позволяло отступление от траура, в Большой церкви Зимнего дворца состоялось венчание Александры и Николая II. После бракосочетания члены Святейшего синода во главе с митрополитом Санкт-Петербургским Палладием отслужили благодарственный молебен. При пении «Тебе, Бога, хвалим» был дан пушечный салют в 301 выстрел.
Великий князь Александр Михайлович в эмигрантских воспоминаниях писал о первых днях их супружества: «Бракосочетание молодого царя состоялось менее чем через неделю после похорон Александра III. Их медовый месяц протекал в атмосфере панихид и траурных визитов. Самая нарочитая драматизация не могла бы изобрести более подходящего пролога для исторической трагедии последнего русского царя» .
Семья большую часть времени жила в Александровском дворце в Царском селе.
В 1896 году, вскоре после коронации, Александра вместе с Николаем ездила в Нижний Новгород на Всероссийскую выставку. В августе 1896 года они совершили поездку в Вену, а в сентябре - октябре - в Германию, Данию, Англию и Францию.
В последующие годы императрица родила подряд четырёх дочерей:
Ольга
(3 (15) ноября 1895;
Татьяна
(29 мая (10 июня) 1897);
Мария
(14 (26) июня 1899);
Анастасия
(5 (18) июня 1901).
В императорской семье очень остро встал вопрос о сыне - наследнике престола. Наконец, 30 июля (12 августа) 1904 год в Петергофе появился пятый ребёнок и единственный сын - цесаревич Алексей Николаевич , родившийся с наследственным заболеванием - гемофилией.
В 1905 году императорская семья познакомилась с . Ему удавалось помогать Алексею бороться с приступами болезни, перед которой была бессильная медицина, вследствие чего приобрёл большое влияние на Александру Фёдоровну, а через неё и на Николая.
В 1897 и 1899 годах семья ездила на родину Александры Фёдоровны в Дармштадт. В эти годы по указанию Александры Фёдоровны и Николая II в Дармштадте был построена православная церковь Марии Магдалины, действующая и в настоящее время.
17-20 июля 1903 года императрица участвовала в торжествах прославления и открытия мощей преподобного Серафима Саровского в Саровской пустыни.
Для развлечения Александра Фёдоровна играла на фортепиано вместе с профессором Петербургской консерватории Рудольфом Кюндингером. Императрица брала также уроки пения у профессора консерватории Наталии Ирецкой. Иногда пела дуэтом с кем-то из придворных дам: Анной Вырубовой, Эммой Фредерикс (дочь Владимира Фредерикса) или Марией Штакельберг.
Из фрейлин к императрице были близки: в начале царствования - княжна М. В. Барятинская, затем - графиня Анастасия Гендрикова (Настенька) и баронесса София Буксгевден (Иза). Самым близким человеком долгое время для неё была Анна Вырубова. Вырубова имела огромное влияние на императрицу. Через Вырубову в основном шло общение императрицы с Григорием Распутиным.
В 1915 году в разгар Первой мировой войны Царскосельский госпиталь был переоборудован под приём раненых солдат. Александра Фёдоровна вместе с дочерьми Ольгой и Татьяной прошли обучение сестринскому делу у княжны Веры Гедройц, а затем ассистировали ей при операциях в качестве хирургических сестёр. Императрица лично финансировала несколько санитарных поездов.
Императрица Александра была шефом полков: лейб-гвардии Уланского Имени Её Величества, 5-го гусарского Александрийского, 21-го Восточно-Сибирского стрелкового и Крымского конного, а из числа иностранных - Прусского 2-го гвардейского драгунского полка.
Также императрица занималась благотворительной деятельностью. К началу 1909 года под её покровительством состояло 33 благотворительных общества, общин сестёр милосердия, убежищ, приютов и тому подобных учреждений, среди которых: Комитет по приисканию мест воинским чинам, пострадавшим на войне с Японией, Дом призрения для увечных воинов, Императорское женское патриотическое общество, Попечительство о трудовой помощи, школа нянь Её Величества в Царском Селе, Петергофское общество вспомоществования бедным, Общество помощи одеждой бедным Санкт-Петербурга, Братство во имя Царицы Небесной для призрения детей-идиотов и эпилептиков, Александрийский приют для женщин и другие.
8 (21) марта 1917 года, после Февральской революции, в соответствии с постановлением Временного правительства Александра Фёдоровна вместе с дочерьми генералом Лавром Корниловым была заключена под домашний арест в Александровском дворце. Вместе с ней осталась Юлия Ден, которая помогала ей ухаживать за великими княжнами и Анной Вырубовой. В начале августа 1917 года царская семья была по решению Временного правительства выслана в Тобольск, а в апреле 1918 года по решению большевиков перевезена в Екатеринбург.
Александра Фёдоровна была убита вместе со всей семьёй и приближёнными в ночь на 17 июля 1918 года в Екатеринбурге. Захоронена вместе с другими расстрелянными 17 июля 1998 года в Петропавловском соборе Санкт-Петербурга. Останки Александры Фёдоровны и её супруга были эксгумированы для следственных действий в рамках установления личностей останков их детей - Алексея и Марии.
В 1981 Александра Федоровна и все члены царской семьи были канонизированы Русской Православной Церковью за Рубежом, в августе 2000 года - Русской Православной Церковью.
При канонизации Александра Фёдоровна стала Царицей Александрой Новой, поскольку уже была среди святых Царица Александра.
Родилась будущая супруга Государя Николая II Российская Императрица Александра Федоровна в Дармштадте 6 июня 1872 года в семье Великого герцога Гессен-Дармштадтского Людвига IV и дочери царствующей Английской Королевы Виктории Великой герцогини Алисы.
Девочку назвали Алисой в честь матери, но вскоре переделали это имя в "Аликс”. У нее было два старших брата, три старших сестры и одна младшая.
Стараниями англичанки-герцогини дворцовая дармштадтская жизнь развивалась по образцу английского Двора, начиная с длинной вереницы в залах фамильных портретов королевской английской династии и кончая овсянкой на завтрак, вареным мясом с картошкой на обед и "бесконечным рядом рисовых пудингов и печеных яблок”.
Религиозная Великая герцогиня Алиса была вдохновительницей и учредительницей в стране больниц, благотворительных организаций, отделений Красного Креста, женских союзов. Она с раннего возраста брала своих детей для помощи больным в дармштадтские больницы и приюты.
Аликс, не устававшая носить цветы по больницам, походила своей красотой на ее сестру Елизавету: сероглазая с черными ресницами, рыжеватыми волосами. Эту "милую, веселую маленькую девочку, всегда смеющуюся, с ямочкой на щеке” в семье еще называли "солнышком”, как она и будет подписывать свои письма потом супругу Государю Николаю Александровичу. Беда, что ее 35-летняя мать умерла, когда Аликс было всего шесть лет.
В 15 лет по своей усидчивости и хорошей памяти Аликс отменно знала историю, литературу, географию, искусствоведение, естественные науки и математику. Основным языком для этой германской принцессы был английский и, конечно, отлично владела немецким; на французском же говорила с акцентом. Аликс стала блестящей пианисткой, чему ее учил директор Дармштадтской оперы, и больше всего любила музыку Вагнера. Она прекрасно вышивала, с тонким вкусом подбирая для этого рисунки и цвета. Друзья Герцогского Дома сочувственно качали головами: такой умнице и красавице от застенчивости бы избавиться...
Четвертая герцогская дочь Аликс стала похожа на прежнее "солнышко” через несколько месяцев, когда вместе с братом Эрнестом и отцом приехала погостить у сестры Елизаветы в Петербурге. Они остановились на Невском проспекте в доме принцессы Елизаветы, прозванной в Дармштадте Эллой, а теперь - Великой княгини Елизаветы Федоровны. Сюда к "тете Элле”, "тетеньке” без церемоний часто заезжал Цесаревич Николай. Елизавета Федоровна являлась веселой, остроумной хозяйкой дома, в котором царили приемы и балы.
Была раскидистая русская зима 1889 года, Аликс, как могла, преодолевала стеснительность и не отставала в развлечениях петербургской великосветской молодежи: ходила на каток, каталась на санках с горки. Цесаревич очень увлекся ею, и принцесса его полюбила, хотя ни за что не призналась бы в этом тогда и самой себе. Но лишь с Николаем Романовым она была естественна, могла свободно разговаривать и смеяться. Вернувшись домой, Аликс поняла, что только за русского Царевича выйдет замуж. Они стали писать друг другу нежные письма.
Они признались в глубоком взаимном чувстве, мечтали о дне, когда соединятся навеки. Однако Королева Виктория тоже мечтала сделать эту свою внучку Королевой Английской. Она стала сватать Аликс за своего внука принца Альберта Кларенского. Дармштадтская принцесса терпеть его не могла за безбожие, неказистую внешность. Альберт и сравниться не мог с умнейшим, изящным, духовным, чувствительным русским Цесаревичем! Когда Королева Виктория предложила ей замужество с принцем, Аликс категорически это отвергла. Она выпалила огорченной бабушке, что их брак не принесет счастья ни ей, ни Альберту. И пришлось Королеве отступить.
Все эти годы мечтал повести под венец Аликс и Николай Романов, но и его родители, как бабушка Аликс Гессенской, хотели бракосочетать сына с другим человеком. Государь Александр Третий с супругой Марией Федоровной противились союзу Наследника с принцессой из Дармштадта, потому что знали о неизлечимой аристократической болезни, несворачиваемости "голубой” крови - гемофилии, преследующей ее род Кобургского Дома.
Это "проклятие Кобургов” существовало с XVIII века, болезнь перешла в английскую королевскую фамилию через мать Королевы Виктории - принцессу Саксен-Кобургскую. Причем, заболевали гемофилией мальчики, а переходила она по женской линии. От этого умер сын Королевы Виктории Леопольд, а королевские дочери Беатриса, Виктория и мать Аликс Алиса должны были передать болезнь своим детям. То есть, возможная невеста Цесаревича Николая Аликс была обречена на то, что родившиеся от нее мальчики "приговорены” к гемофилии, от которой не выздоравливают. Так и станется с их будущим сыном, со следующим Наследником Русского Престола Алексеем. Но станется и то, что лишь в России будет дан юному Цесаревичу человек, способный унимать "несворачиваемые” приступы гемофилии, - Григорий Распутин...
Вот поэтому Государь Александр Третий и Государыня бесперебойно подыскивали сыну Ники другую невесту. Попытались сосватать дочь претендента на Французский Престол из Бурбонов Елену, чтобы закрепить союз с Францией. Но на счастье Царевича, воображавшего на все случаи своей жизни лишь Аликс Гессен-Дармштадтскую, Елена отказалась изменить католицизму и перейти в православие. Тогда Русский Царь постарался получить для сына руку принцессы Маргариты Прусской.
Цесаревич наотрез отказался на ней жениться, заявив родителям, что лучше пойдет в монастырь. И тут ему снова повезло: Маргарита, как и Елена до этого, не захотела изменить своей инославной, протестантской вере.
Оставалась принцесса Гессенская, но Государь Александр стал настаивать, что Аликс, как и другие принцессы, не согласится переменить свою веру. Николай просил отпустить его в Дармштадт на переговоры с нею, отец не соглашался на это до 1894 года, пока не заболел.
Случай попросить руки Аликс представился Николаю Александровичу при женитьбе ее брата Великого герцога Эрнеста Людвига на принцессе Виктории Мелите. Бракосочетание было в Кобурге, где Аликс встретилась с российским Цесаревичем впервые после 1889 года. Он сделал ей предложение. Но случилось то, что предполагал отец, о преодолении чего Николай Александрович молился последние пять лет их разлуки: Аликс не хотела переходить в Православие.
На пламенные уговоры Николая Романова принцесса плакала и повторяла, что не в состоянии отказаться от своей религии. Королева Виктория, видя, что внучка может остаться совсем не у дел, стала тоже безуспешно ее убеждать принять русскую веру. Лишь у Эллы, Великой княгини Елизаветы Федоровны, начало это получаться. Она, старше Аликс на восемь лет, после смерти их матери вместе с сестрой Викторией пыталась заменить младшей умершую. Елизавета Федоровна очень хотела быть вместе с Аликс в России. Великая княгиня хорошо знала Цесаревича Ники, любила его и была уверена: этот брак будет счастлив.
После сделанного предложения наследник записал в своем дневнике: «Говорили до 12 часов, но безуспешно, она все противится перемене религии. Она, бедная, много плакала".
Но полному обращению принцессы помогли искренние, горячие слова наследника, излившиеся из его любящего сердца: «Аликс, я понимаю Ваши религиозные чувства и благоговею перед ними. Но ведь мы веруем в одного Христа; другого Христа нет. Бог, сотворивший мир, дал нам душу и сердце. И мое сердце и Ваше Он наполнил любовью, чтобы мы слились душа с душой, чтобы мы стали едины и пошли одной дорогой в жизни. Без Его воли нет ничего. Пусть не тревожит Вас совесть о том, что моя вера станет Вашей верой. Когда Вы узнаете после, как прекрасна, благодатна и смиренна наша православная религия, как величественны и великолепны наши храмы и монастыри и как торжественны и величавы наши богослужения, - Вы их полюбите, Алике, и ничто не будет нас разделять».
Принцесса с затаенным дыханием слушала вдохновенные слова цесаревича, и тут вдруг она заметила, что из его голубых глаз потекли слезы. Сердце ее, и так переполненное любовью и печалью, не выдержало, и из уст послышалось тихое: «Я согласна».
В октябре 1894 года Аликс срочно вызвали в Россию: Государь Александр Третий тяжело заболел. В Ливадии, где Царь лечился, собралась вся Романовская Семья, готовились к самому худшему. Несмотря на скверное самочувствие, Александр Александрович поднялся с постели и надел мундир, чтобы встретить невесту сына.
Государь Император Александр III скончался 20 октября 1894 года. В тот же день принял Престол Николай Александрович, а на следующий день 21 октября его невеста принцесса Гессен-Дармштадтская Алиса присоединилась к Православию и стала называться Александрой Феодоровной. 14 ноября 1894 года состоялось бракосочетание Государя Императора Николая II с Александрой Федоровной, после которого она написала в дневник мужу:
"Никогда бы не поверила, что может быть такая полнота счастья в этом мире - такое чувство единения двух смертных существ. Мы не разлучимся более. Наконец-то мы вместе, и наши жизни связаны до конца, а когда эта жизнь кончится, то в другом мире мы встретимся снова, и уже не разлучимся вовеки”.
Священное коронование и святое миропомазание, венчание на царство Николая Второго и Александры Федоровны проходило в Москве в мае 1896 года. На Руси по традиции, восходящей к Византийской империи, особый ритуал венчания на царство. Только после него Царь становится Помазанником Божьим, хотя правителем - сразу после кончины предшествующего монарха. Способность управлять царством дается таинством миропомазания в коронации.
Первые 20 лет супружества царской четы были самыми счастливыми их личной семейной жизни. Более счастливой семьи никто из близко знавших их не встречал. Св. мученицы и сами это сознавали-так, государыня в одном из своих писем к государю писала: «В нынешние времена редко видишь такие браки... Ты - моя жизнь, мой свет... Когда на сердце тяжело от забот и тревог, каждое проявление нежности дает силу и бесконечное счастье. Ах, если бы дети наши могли бы так же быть счастливы в своей супружеской жизни». И другие, наблюдая со стороны их тихое счастье и примерную семейную жизнь, удивлялись этой идиллии двух венценосных супругов.
Пьер Жильяр, воспитатель наследника цесаревича Алексия, писал: «Какой пример, если бы только о нем знали, давала эта столь достойная семейная жизнь, полная такой нежности. Но как мало людей о ней подозревали. Правда, что эта семья была слишком равнодушна к общественному мнению и укрывалась от посторонних взглядов». Другой близкий к царской семье человек, флигель- адъютант Мордвинов, вспоминал; «Я навсегда буду под впечатлением этой изумительной, до встречи с ними никогда ранее мною не виданной, чудной во всех отношениях семьи». «Я скажу про них просто, - говорил камердинер Волков, - это была самая святая и чистая семья».
Осенью 1895 г. родилась первая дочь- славный, крупный ребенок, вызвавший новые заботы, давший новые радости. «Богом нам посланную дочку при молитве мы назвали Ольгой», - отметил в своем дневнике государь.
Св. княжна Ольга очень любила Россию и так же, как и ее отец, любила простой русский народ. Когда заходила речь о том, что она может выйти замуж за одного из иностранных принцев то она не хотела и слышать об этом, говоря: «Я не хочу покидать Россию. Я - русская и хочу остаться русской».
Через два года родилась вторая девочка, названная во святом Крещении Татьяной, еще через два года - Мария, а еще через два года - Анастасия.
С появлением детей св. царица отдала им все свое внимание: кормила, ежедневно сама купала, неотступно бывала в детской, не доверяя своих детей никому. Бывало, что, держа на руках ребенка, она обсуждала серьезные вопросы своего нового учреждения или, одной рукой качая колыбель, она другой подписывала деловые бумаги. Государыня не любила ни минуты оставаться праздной, и своих детей она приучила к труду. Чудные вышивки выходили из-под их быстрых рук. Две старшие дочери - Ольга и Татьяна - во время войны работали с матерью в лазарете, исполняя обязанности хирургических сестер.
«Чем выше человек, - говорил царь мученик, - тем скорее он должен помогать всем и никогда в обращении не напоминать своего положения. Такими должны быть и мои дети». Сам являясь добрым примером простоты, кротости и внимательности ко всем, государь и детей своих воспитал такими же.
Доктор Боткин в письме к своей дочери описывает, как он попросил сидевшую у него вел. княжну Анастасию выйти в коридор и позвать лакея. «Вам зачем?» - «Я хочу вымыть руки». - «Так я вам подам». На протесты доктора она сказала: «Если это ваши дети могут делать, то отчего я не могу?» - и, моментально завладев чашкой, помогла ему вымыть руки.
Во время прославления прп. Серафима Саровского царственные мученики горячо молились в Сарове пред мощами новоявленного угодника Божия, о даровании им сына - наследника. На следующий год у них родился мальчик, который во святом Крещении был назван Алексием в честь св. Алексия, митрополита Московского. Наследник от природы был наделен исключительной красотой.
Радости счастливым родителям, казалось, не было предела, но вот уже на второй месяц после его рождения обнаружилось, что ребенку передалась наследственная болезнь Гессенского дома - гемофилия, которая ставила жизнь его под постоянную угрозу внезапной смерти. Даже при легких ушибах происходили внутренние кровоизлияния, от которых наследник сильно страдал.
Когда отрок подрос, государыня научила его молиться. Ровно в 9 часов вечера он поднимался с ней в свою комнату, читал громко молитвы и ложился спать, осеняемый ее крестным знамением. Государыня сама преподавала ему Закон Божий. В одном письме из Тобольской ссылки она писала: «Прохожу с Алексеем объяснение Литургии. Дай мне Бог умение учить, чтобы на всю жизнь осталось у него в памяти... Почва благая - стараюсь, как умею...»
Государыня писала о детях государю: «Они делили все наши душевные волнения... Крошка чувствует так много своей маленькой чуткой душой - никогда не буду в состоянии возблагодарить Бога достаточно за ту чудную милость, которую Он мне дал в тебе и в них. Мы одно».
Когда бунтующая революционная толпа заполонила Петроград, а царский поезд был остановлен на станции Дно для составления отречения от престола, Аликс осталась одна. Дети болели корью, лежали с высокой температурой. Придворные разбежались, осталась кучка верных людей. Электричество было отключено, воды не было – приходилось ходить на пруд, откалывать лед и топить его на плите. Дворец с беззащитными детьми остался под защитой Императрицы.
Она одна не падала духом и не верила в отречение до последнего. Аликс поддерживала горстку верных солдат, оставшихся нести караул вокруг дворца - теперь это была вся ее Армия. В день, когда отрекшийся от Престола экс-Государь вернулся во дворец, ее подруга, Анна Вырубова записала в дневнике: «Как пятнадцатилетняя девочка бежала она по бесконечным лестницам и коридорам дворца ему навстречу. Встретившись, они обнялись, и оставшись наедине разрыдались…»
Находясь в ссылке, предчувствуя скорую казнь, в письме к Анне Вырубовой Государыня подводила итоги своей жизни: «Милая, родная моя… Да, прошлое кончено. Благодарю Бога за все, что было, что получила – и буду жить воспоминаниями, которые никто у меня не отнимет…
Какая я стала старая, но чувствую себя матерью страны, и страдаю как за своего ребенка и люблю мою Родину, несмотря на все ужасы теперь…Ты же знаешь, что НЕЛЬЗЯ ВЫРВАТЬ ЛЮБОВЬ ИЗ МОЕГО СЕРДЦА, и Россию тоже… Несмотря на черную неблагодарность Государю, которая разрывает мое сердце…Господи, смилуйся и спаси Россию».
Царская семья жила идеалами Святой Руси и являла собой ярких ее представителей. Они любили посещать монастыри, встречаться с подвижниками, подвизавшимися в них. Государыня посетила блаженную Пашу Саровскую в Дивеевской обители. В 1916 г., посетив Новгород с его древними памятниками и святынями, она навестила юродивую, стосемилетнюю старицу-затворницу Марию Михайловну, жившую в Десятинном монастыре. «Вот идет мученица-царица Александра», - встретила ее такими словами блаженная Марья. Затем благословила ее, поцеловала и сказала: «А ты, красавица, - тяжелый крест - не страшись...» Светское общество высмеивало лучшие религиозные чувства государыни, называло ее за глаза фанатичкой и ханжой и мечтало о насильном пострижении ее в монахини.
За три дня до убиения царственных мучеников к ним был последний раз приглашен священник для свершения службы. Батюшка служил обедницу, по чину службы положено было в определенном месте прочесть кондак «Со святыми упокой...» Почему-то на этот раз диакон, вместо того чтобы прочесть этот кондак, запел его, запел и священник. Царственные мученики, движимые каким-то неведомым чувством, опустились на колени. Так они прощались с этим миром, чутко отзываясь на призывы мира горнего - Царствия вечного.
Александре Федоровне было сорок шесть лет, когда ее убили.
Последняя императрица России Александра Фёдоровна жена Николая IIАлекса́ндра Фёдоровна
—
(урождённая принцесса Виктория Алиса Елена Луиза Беатриса Гессен-Дармштадтская,
нем. (Victoria Alix Helena Louise Beatrice von Hessen und bei Rhein)
Heinrich von Angeli (1840-1925)
Первый приезд Аликс в Россию
В 1884 году двенадцатилетнюю Аликс привезли в Россию: ее сестра Элла выходила замуж за великого князя Сергея Александровича. Наследник русского престола - шестнадцатилетний Николай влюбился в нее с первого взгляда. Но только через пять лет семнадцатилетняя Аликс, которая приехала к сестре Элле, вновь появилась при русском дворе.
Аликс Г. - так называл в своих дневниках будущий монарх всея Руси свою возлюбленную. «Я мечтаю когда - нибудь жениться на Аликс Г. Я люблю ее давно, но особенно глубоко и сильно с 1889 года, когда она провела 6 недель в Петербурге. Все это время я не верил своему чувству, не верил, что моя заветная мечта может сбыться»… Эту запись Наследник Николай сделал в 1892 году, и он действительно не верил в возможность своего счастья. Родители ни под каким предлогом не разрешали ему брать в жены принцессу из столь незначительного герцогства.
Говорили, что русской императрице не понравились холодность и замкнутость предполагаемой невесты ее сына. А поскольку в семейных вопросах Мария Федоровна всегда имела перевес над доводами мужа, то сватовство расстроилось, и Алиса возвратилась в родной Дармштадт. Но свою роль здесь, безусловно, сыграли политические интересы: в то время особенно важным представлялся союз России и Франции, и принцесса из Орлеанского дома казалась более предпочтительной партией для цесаревича.
Этому браку противилась и бабушка Аликс, английская королева Виктория. В 1887 году она писала другой своей внучке:
«Я склонна сохранить Аликс для Эдди или для Джорджи. Ты должна препятствовать появлению новых русских или прочих желающих подцепить ее». Россия представлялась ей, и небезосновательно, страной непредсказуемой: «…положение дел в России настолько плохо, что в любой момент может случиться что-нибудь страшное и непредвиденное; и если для Эллы все это маловажно, то супруга наследника престола окажется в самом трудном и опасном положении»
Впрочем, когда позднее мудрая Виктория познакомилась с цесаревичем Николаем, тот произвел на нее очень хорошее впечатление, и мнение английской правительницы изменилось.
А пока что Николай согласился не настаивать на браке с Аликс (кстати, она приходилась ему троюродной сестрой), но от орлеанской принцессы наотрез отказался. Он выбрал свой путь: ждать, когда Бог соединит его с Аликс.
Свадьба Александры и Николая
Чего стоило ему уговорить своих могущественных и авторитарных родителей на этот брак! Он боролся за свою любовь и вот, долгожданное разрешение получено! В апреле 1894-го Николай едет на свадьбу брата Аликс в Кобургский замок, где все уже подготовлено к тому, что Наследник Российского Престола сделает предложение Аликс Гессенской. И вскоре газеты сообщили о помолвке цесаревича и Алисы Гессен-Дармштадтской.
Маковский Александр Владимирович (1869-1924)
14 ноября 1894 года - день долгожданной свадьбы. В свадебную ночь Аликс записала в дневнике Николая странные слова:
«Когда эта жизнь закончится, мы встретимся вновь в другом мире и останемся вместе навечно...»
Помазанье Николая II, Валентин Серов
Венчание Николая II и Великой княгини Александры Фёдоровны
Коронация Николая II и Великой княгини Александры Фёдоровны
Николай Шурыгин
Об этой любви до сих пор говорят их дневники и письма. Тысячи заклинаний в любви. «Я твоя, а ты мой, будь уверен. Ты заперт в моем сердце, ключик потерян и тебе придется остаться там навсегда». Николай не возражал - жить в ее сердце было настоящим счастьем.
Они всегда отмечали день своей помолвки - 8 апреля. В 1915 году сорокадвухлетняя императрица писала любимому короткое письмо на фронт: «В первый раз за 21 год мы проводим этот день не вместе, но как живо я все вспоминаю! Мой дорогой мальчик, какое счастье и какую любовь ты дал мне за все эти годы… Как время летит - уже 21 год прошел! Знаешь, я сохранила то «платье принцессы», в котором я была в то утро, и я надену твою любимую брошку…» С началом войны супруги вынуждены были расставаться. И тогда они писали друг другу письма… «О, моя любовь! Так тяжело сказать тебе «прощай» и видеть твое одинокое бледное лицо с большими печальными глазами в окне поезда - мое сердце надрывается, возьми меня с собой… Я ночью целую твою подушку и страстно желаю, чтобы ты был рядом со мной…Мы пережили так много за эти 20 лет и без слов понимаем друг друга…» «Я должен поблагодарить тебя за твой приезд с девочками, за то, что ты принесла мне жизнь и солнце, несмотря на дождливую погоду. Я, конечно, как всегда не успел сказать тебе и половины того, что собирался, потому что при свидании с тобой после долгой разлуки я всегда становлюсь застенчив. Я только сижу и смотрю на тебя - это уже само по себе для меня огромная радость…»
Семейная жизнь и воспитание детей
Некоторые выдержки из дневников Императрицы: «Смысл брака в том, чтобы приносить радость.
Брак - это Божественный обряд. Это самая тесная и самая святая связь на земле. После заключения брака главнейшие обязанности мужа и жены - жить друг для друга, отдать друг за друга жизнь. Брак - это соединение двух половинок в единое целое. Каждый до конца своей жизни несет ответственность за счастье и высшее благо другого.»
Четыре дочери Николая и Александры родились красивыми, здоровыми, настоящими принцессами:папина любимица романтичная Ольга, серьезная не по летам Татьяна, щедрая Мария и смешливая маленькая Анастасия.
А сына - наследника, будущего монарха России, все не было. Переживали оба, особенно Александра. И вот наконец-то - долгожданный цесаревич!
Цесаревич Алексей
Вскоре после его рождения врачи установили то, чего Александра Федоровна боялась больше всего на свете: ребенок унаследовал неизлечимую болезнь - гемофилию, которая в ее гессенском роду передавалась только отпрыскам мужского пола.
Оболочка артерий при этом заболевании так хрупка, что любой ушиб, падение, порез вызывает разрыв сосудов и может привести к печальному концу. Именно это произошло с братом Александры Федоровны, когда ему было три года…
«Каждая женщина имеет в себе также материнское чувство к человеку, которого она любит, это ее природа».
Эти слова Александры Федоровны могут повторить многие женщины. «Мой мальчик, мой Солнечный Свет», - называла она своего мужа и через двадцать лет совместной жизни
«Замечательная особенность этих писем заключалась в свежести чувства любви Александры, - замечает Р. Мэсси. - После двадцати лет замужества она все еще писала мужу как пылкая девушка. Императрица, так застенчиво и холодно проявлявшая свои чувства на людях, раскрывала всю свою романтическую страсть в письмах...»
«Муж и жена должны постоянно оказывать друг другу знаки самого нежного внимания и любви. Счастье жизни составляется из отдельных минут, из маленьких, быстро забывающихся удовольствий: от поцелуя, улыбки, доброго взгляда, сердечного комплимента и бесчисленных маленьких, но добрых мыслей и искренних чувств. Любви тоже нужен ее ежедневный хлеб.»
"Одно слово охватывает все - это слово "любовь". В слове "Любовь" целый том мыслей о жизни и долге, и когда мы пристально и внимательно изучаем его, каждая из них выступает ясно и отчетливо."
"Великое искусство - жить вместе, любя друг друга нежно. Это должно начинаться с самих родителей. Каждый дом похож на своих создателей. Утонченная натура делает и дом утонченным, грубый человек и дом делает грубым."
"Не может быть глубокой и искренней любви там, где правит эгоизм. Совершенная любовь - это совершенное самоотречение."
"Родители должны быть такими, какими они хотят видеть своих детей - не на словах, а на деле. Они должны учить своих детей примером своей жизни."
"Венец любви - это тишина"
"В каждом доме бывают свои испытания, но в истинном доме царит мир, который не нарушить земным бурям. Дом - это место тепла и нежности. Говорить в доме надо с любовью."
Липгарт Эрнест Карлович (1847-1932)и Бодаревский Николай Корнилович (1850-1921)
Они остались вместе навечно
В день, когда отрекшийся от Престола экс-Государь вернулся во дворец, ее подруга, Анна Вырубова записала в дневнике: «Как пятнадцатилетняя девочка бежала она по бесконечным лестницам и коридорам дворца ему навстречу. Встретившись, они обнялись, и оставшись наедине разрыдались…» Находясь в ссылке, предчувствуя скорую казнь, в письме к Анне Вырубовой Государыня подводила итоги своей жизни: «Милая, родная моя… Да, прошлое кончено. Благодарю Бога за все, что было, что получила - и буду жить воспоминаниями, которые никто у меня не отнимет… Какая я стала старая, но чувствую себя матерью страны, и страдаю как за своего ребенка и люблю мою Родину, несмотря на все ужасы теперь… Ты же знаешь, что НЕЛЬЗЯ ВЫРВАТЬ ЛЮБОВЬ ИЗ МОЕГО СЕРДЦА, и Россию тоже… Несмотря на черную неблагодарность Государю, которая разрывает мое сердце… Господи, смилуйся и спаси Россию».
Наступил переломный 1917 год. После отречения Николая А. Керенский поначалу собирался отправить царскую семью в Англию. Но вмешался Петроградский Совет. А вскоре изменил свою позицию и Лондон, устами своего посла заявивший, что британское правительство больше не настаивает на приглашении...
В начале августа Керенский проводил царскую семью в Тобольск, выбранный им местом ссылки.Но вскоре было решено перевести Романовых в Екатеринбург, где для царской семьи отвели здание купца Ипатьева, получившее временное название «Дом особого назначения».
В середине июля 1918 года, в связи с наступлением на Урале белых, Центр, признав, что падение Екатеринбурга неизбежно, дал указание местному Совету предать Романовых казни без суда.
Спустя годы историки, как о каком-то открытии, стали писать следующее. Оказывается, царская семья все-таки могла уехать за рубеж, спастись, как спаслись многие из высокопоставленных подданных России. Ведь даже из места первоначальной ссылки, из Тобольска, можно было поначалу бежать. Почему же все-таки?.. На этот вопрос из далекого восемнадцатого года отвечает сам Николай: «В такое тяжелое время ни один русский не должен покидать Россию».
И они остались. Остались вместе навечно, как и напророчили сами себе когда-то в юности.
Илья Галкин и Бодаревский Николай Корнилович
span style=span style=text-align: centerborder-top-width: 0px; border-right-width: 0px; border-bottom-width: 0px; border-left-width: 0px; border-top-style: solid; border-right-style: solid; border-bottom-style: solid; border-left-style: solid; height: 510px; width: 841px; p style= title=img alt= title=p style=
Оригинал записи и комментарии на
Александра Федоровна (в девичестве принцесса Алиса Гессен-Дармштадтская) родилась в 1872 году в Дармштадте — столице маленького немецкого герцогства Гессенского. Мать ее умерла в тридцать пять лет.
В 1884 году двенадцатилетнюю Аликс привезли в Россию: ее сестра Элла выходила замуж за великого князя Сергея Александровича. Наследник русского престола — шестнадцатилетний Николай — влюбился в нее с первого взгляда. Молодые люди, состоящие к тому же в довольно близком родстве (по отцу принцессы они — троюродные брат и сестра), сразу прониклись взаимной симпатией. Но только через пять лет семнадцатилетняя Аликс вновь появилась при русском дворе.
Алиса Гессенская в детстве. (wikimedia.org)
В 1889 году, когда наследнику цесаревичу исполнился двадцать один год, он обратился к родителям с просьбой благословить его на брак с принцессой Алисой. Ответ императора Александра III был краток: «Ты очень молод, для женитьбы ещё есть время, и, кроме того, запомни следующее: ты — наследник Российского престола, ты обручён с Россией, а жену мы ещё успеем найти». Через полтора года после этого разговора Николай записал в свой дневник: «Всё в воле Божией. Уповая на Его милосердие, я спокойно и покорно смотрю на будущее». Этому браку противилась и бабушка Аликс, английская королева Виктория. Впрочем, когда позднее Виктория познакомилась с цесаревичем Николаем, тот произвел на нее очень хорошее впечатление, и мнение английской правительницы изменилось. Сама же Алиса имела основания полагать, что начавшийся роман с наследником русского престола может иметь благоприятные для неё последствия. Вернувшись в Англию, принцесса принимается изучать русский язык, знакомится с русской литературой и даже ведёт продолжительные беседы со священником русской посольской церкви в Лондоне.
Николай II и Александра Федоровна. (wikimedia.org)
В 1893 году Александр III серьёзно заболел. Тут и встал опасный для престолонаследия вопрос — будущий государь не женат. Николай Александрович же категорически заявил, что он выберет себе невесту только по любви, а не по династическим соображениям. При посредничестве великого князя Михаила Николаевича согласие императора на брак сына с принцессой Алисой было получено.
Однако Мария Федоровна плохо скрывала недовольство по поводу неудачного, на её взгляд, выбора наследника. То обстоятельство, что принцесса Гессенская вступила в русскую императорскую семью в скорбные дни страданий умиравшего Александра III, вероятно, ещё больше настроило Марию Федоровну против новой государыни.
Николай Александрович на спине у греческого принца Николая. (wikimedia.org)
В апреле 1894 года Николай отправился в Кобург на свадьбу брата Аликс — Эрни. И вскоре газеты сообщили о помолвке цесаревича и Алисы Гессен-Дармштадтской. В день помолвки Николай Александрович записал в своём дневнике: «Чудесный, незабываемый день в моей жизни — день моей помолвки с дорогой Аликс. Я хожу весь день словно вне себя, не вполне сознавая полностью, что со мной происходит». 14 ноября 1894 года — день долгожданной свадьбы. В свадебную ночь Аликс записала в дневнике Николая: «Когда эта жизнь закончится, мы встретимся вновь в другом мире и останемся вместе навечно…» После свадьбы цесаревич запишет в свой дневник: «Невообразимо счастлив с Аликс. Жаль, что занятия отнимают столько времени, которое так хотелось бы проводить исключительно с ней».
Венчание Николая II и Александры Федоровны. (wikimedia.org)
Обычно жены русских наследников престола долгое время находились на вторых ролях. Таким образом, они успевали тщательно изучить нравы общества, которым им придётся управлять, успевали сориентироваться в своих симпатиях и антипатиях, а главное, успевали приобрести необходимых друзей и помощников. Александре Федоровне в этом смысле не повезло. Она взошла на престол, что называется, попав с корабля на бал: не понимая чужой ей жизни, не умея разобраться в сложных интригах императорского двора. До болезненности замкнутая, Александра Федоровна словно являла собой противоположный образец приветливой вдовствующей императрицы — она, напротив, производила впечатление надменной, холодной немки, с пренебрежением относящейся к своим подданным.
Смущение, неизменно охватывающее царицу при общении с незнакомыми людьми, препятствовало установлению простых, непринуждённых отношений с представителями высшего света, которые ей были жизненно необходимы. Александра Федоровна совершенно не умела покорять сердца своих подданных, даже те, кто были готовы преклоняться перед членами императорской семьи, не получали повода для этого. Так, например, в женских институтах, Александра Федоровна не могла выдавить из себя ни одного приветливого слова. Это тем более бросалось в глаза, так как бывшая императрица Мария Федоровна умела вызвать в институтках непринуждённое к себе отношение, переходящее в восторженную любовь к носителям царской власти.
Романовы на яхте «Штандарт». (wikimedia.org)
Вмешательство царицы в дела государственного правления проявилось далеко не сразу после её свадьбы. Александру Федоровну вполне устраивала традиционная роль хранительницы домашнего очага, роль женщины возле мужчины, занятого трудным, серьёзным делом. Николай II, человек по натуре домашний, для которого власть представлялась скорее обузой, чем способом самореализации, радовался любой возможности забыть в семейной обстановке о своих государственных заботах и с удовольствием предавался тем мелким домашним интересам, к которым имел природную склонность. Тревога и смятение охватили царствующую чету ещё тогда, когда императрица с какой-то роковой последовательностью начала рожать девочек. Против этого наваждения нельзя было ничего сделать, но Александра Федоровна, усвоившая своё предназначение королевы, восприняла отсутствие наследника как своего рода кару небесную. На этой почве у неё, особы крайне впечатлительной и нервной, развился патологический мистицизм. Теперь любой шаг самого Николая Александровича сверялся с тем или иным небесным знамением, причём государственная политика незаметно переплелась с деторождением.
Романовы после рождения наследника. (wikimedia.org)
Влияние царицы на мужа усиливалось и тем значительнее оно становилось, чем дальше отодвигался срок появления наследника. Ко двору был приглашён французский шарлатан Филипп, который сумел убедить Александру Федоровну в том, что он в состоянии обеспечить ей, путём внушения, мужское потомство, и она вообразила себя беременной и чувствовала все физические симптомы этого состояния. Лишь после нескольких месяцев так называемой ложной беременности, весьма редко наблюдаемой, государыня согласилась на освидетельствование врачом, который и установил истину. Но самое главное несчастье состояло в том, что шарлатан получил через царицу возможность влиять на государственные дела. Один из ближайших помощников Николая II записал в 1902 году в своём дневнике: «Филипп внушает государю, что ему не нужно иных советчиков, кроме представителей высших духовных, небесных сил, с коими он, Филипп, ставит его в сношение. Отсюда нетерпимость какого-либо противоречия и полный абсолютизм, выражающийся подчас абсурдом».
Романовы и английская королева Виктория. (wikimedia.org)
Филиппа всё-таки удалось выдворить из страны, ибо Департамент полиции через своего агента в Париже разыскал неоспоримые свидетельства жульничества французского подданного. А вскоре последовало и долгожданное чудо — на свет появился наследник Алексей. Однако рождение сына не принесло умиротворения в царскую семью.
Ребёнок страдал ужасной наследственной болезнью — гемофилией, хотя его болезнь держалась в государственном секрете. Дети царственной семьи Романовых — Великие Княжны Ольга, Татьяна, Мария и Анастасия, и наследник цесаревич Алексей — были необыкновенны своей обыкновенностью. Несмотря на то, что они были рождены в одном из самых высоких положений в мире и имели доступ ко всем земным благам, они росли как обычные дети. Даже Алексею, которому каждое падение грозило мучительной болезнью и даже смертью сменили постельный режим на обычный ради того, чтобы он обрел мужество и другие качества, необходимые наследнику престола.
Александра Федоровна с дочерьми за рукоделием. (wikimedia.org)
По свидетельству современников, императрица была глубоко религиозна. Церковь являлась для нее главным утешением, особенно в то время, когда обострялась болезнь наследника. Императрица выстаивала полные службы в придворных храмах, где ею был введен монастырский (более длительный) богослужебный устав. Комната Царицы во дворце представляла собой соединение спальни императрицы с кельей монахини. Огромная стена, прилегавшая к постели, была сплошь увешана образами и крестами.
Чтение телеграмм с пожеланиями выздоровления цесаревичу. (wikimedia.org)
Во время первой мировой войны распускались слухи, что Александра Федоровна отстаивала интересы Германии. По личному приказу государя было проведено секретное расследование «клеветнических слухов о сношениях императрицы с немцами и даже о ее предательстве Родины». Установлено, что слухи о желании сепаратного мира с немцами, передаче императрицей немцам русских военных планов распространялись германским генеральным штабом. После отречения государя Чрезвычайная следственная комиссия при Временном правительстве пыталась и не смогла установить виновность Николая II и Александры Федоровны в каких-либо преступлениях.