Восьмого августа 1949 года в тихом кубанском городке, в двухэтажном домике, скончался Иван Поддубный . В официальных некрологах и книгах после его смерти написали: «Перелом бедра резко подорвал здоровье богатыря. Постельный режим оказался губительным для человека, который всю жизнь испытывал физические нагрузки».
Двоим ейчанам, жившим по соседству с великим спортсменом, - Юрию Лиманскому и Николаю Мореву - сегодня перевалило за семьдесят. По их словам, в некрологах была полуправда.
Тайны дома над обрывом
Место для оседлой жизни российский богатырь выбрал поэтическое, над обрывом.
В Ейске Иван Поддубный прожил более 20 лет. Каждый сопливый мальчишка был его фанатом. Я тогда был активистом в музее, - вспоминает Николай Морев, ветеран Великой Отечественной. В Ейске до сих пор хранят его халат полутораметровой ширины, двухпудовые гири. На глазах у мальцов силач заворачивал в трубочку гвозди и предлагал их развернуть.
По Ейску ходили слухи о том, что первая жена Поддубного от него сбежала, прихватив с собой все его спортивные медали. А в Ейске Поддубный поселился со своей второй супругой Марией Семеновной. Своих детей у Поддубного не было - новую жену он взял с пасынком, к которому относился как к родному сыну. Учил его борцовским приемам.
Осенью 1920 года в Ростове -на-Дону проходил поединок по французской борьбе. Публику заинтриговал «борец в черной маске» - так фигурировал в афише аноним. Он был моложе Поддубного, но схватка шла на равных. Однако и этот храбрец в итоге оказался побежденным. Когда у молодого борца упала маска с лица, зрительный зал ахнул: перед Поддубным стоял его приемный сын. Эта история хранится в ейских архивах.
Роковой бильярд
Перед тем как в Ейск вошли немцы, десятиклассник Николай Морев ушел на фронт.
Когда я вернулся домой после войны, то удивился переменам,- говорит Морев. - Поддубного уже нигде так не афишировали. Те, кто занимал высокое положение в городе, старались его избегать.
О причине опалы рассказывает другой очевидец - Юрий Лиманский, во время оккупации оставшийся в городе:
Когда в город пришли немцы, в Ейске было два человека, награжденных орденом Трудового Красного Знамени. Одного из них, женщину, фрицы убили в душегубке. Вторым был Иван Поддубный. Его фашисты не тронули. Он открыл в городе бильярдную. Тут мужики потихоньку слушали советское радио и делились новостями, откуда наши выгнали фрицев.
Но Поддубному бильярдную потом не простили.
Тем не менее после войны старому спортсмену выделили паек, а в 1945 году дали звание заслуженного мастера спорта.
Как умирал чемпион чемпионов
В 1947 году ему пришлось особенно туго. Ейчане с трудом узнавали в осунувшемся старике на костылях былого богатыря.
Раз захожу к тетке, рассказывает Юрий Лиманский, - он там сидит. Ее муж Захар Митрич чинил ему обувь и говорит:
Иван Максимович, чувяки го-товы .
Сколько я вам обязан?
Да ничего.
Как я вам благо-да-рен, - по слогам, с трудом, произнес Поддубный.
Родичи его за стол посадили. Он был голодный.
Я бы килограмм хлеба за раз съел, - говорил он, стуча ложкой, - а эти сукины дети всего 500 граммов дают. Неужели меня не могут прикрепить к какой-нибудь воинской части, к столовой? Наверное, буду писать письмо Ворошилову . Но так и не написал.
8 августа 1949 года я был дома,- рассказывает очевидец Лиманский.- Пришел отец и говорит: - Ты ничего не знаешь? Умер Иван Максимович, одевайся.
И мы пошли его хоронить. На нем даже костюма не было, пришлось покупать специально для похорон.
О смерти русского богатыря узнали его заграничные коллеги. Когда в Ейск прибыло много известных людей, властям ничего не оставалось, как подключиться, - уточнил Николай Морев.
Поставили простую оградку, суриком написали: «Иван Поддубный». И все травой поросло. А потом по Би-би-си передали: «В городе Ейске - в запустении могила Ивана Максимовича Поддубного, которого никто в мире не смог положить на лопатки». Тут сразу нашлись средства, - продолжает Лиманский печальную историю.
Сейчас на том месте стоит памятник непобедимому атлету, созданы музей и спортшкола имени Ивана Поддубного. Каждый год проводятся мировые чемпионаты его имени. Родина простила героя посмертно. Простил ли он ее?
Елена ЛУБИНЕЦ.
Биография Ивана Поддубного (8.10.1871 - 8.08.1949) отражает самое сложное время на пути становления России, а личная жизнь Ивана Поддубного, его достижения в спорте, всегда были и будут примером для атлетов и борцов. Семья Русского Богатыря: его родители, младший брат, жена и дети (приёмный сын и крестник) помогали ему на тернистом жизненном пути. Самым дорогим человеком, подарившим ему семейное счастье, стала жена Ивана Поддубного — Поддубная Мария Семёновна.
Жена Ивана Поддубного — Поддубная Мария Семёновна
Родилась Мария Семёновна в селе Кагальник, Азовского района, Ростовской области. Вышла замуж за Ивана Максимовича в начале 1927 года. Познакомились они случайно. Иван Максимович тогда выступал в городе Ростов-на-Дону. Атлет, кумиром которого являлся И. М. Поддубный, пригласил его в гости. Там Иван Максимович и познакомился со своей будущей женой.
Приветливая и домовитая Мария Семёновна была ровесницей Ивана Поддубного. Однако, её природное обаяние и душевное тепло настолько согрели этого непобедимого Чемпиона, что Иван Максимович предложил Марии Семёновне стать его женой. Она согласилась не сразу, и только при том условии, что они обвенчаются в церкви. И. М. Поддубный, никогда не слывший религиозным человеком, пошел со своей возлюбленной к алтарю и прожил с этой женщиной до глубокой старости.
Биография знаменитого Чемпиона
Иван Максимович Поддубный родился в Полтавской губернии. Его отец М. И. Поддубный слыл силачом, а мать А. Д. Поддубная обладала прекрасным музыкальным слухом, который унаследовал Иван. Братья И. М. Поддубного — Митрофан Максимович Поддубный и Емельян Максимович Поддубный. Сестра — Евдокия Максимовна Поддубная.
По приглашению борцов цирка, Иван однажды вышел на ковёр и победил силачей. Чуть позже Поддубный решил и сам стать борцом. Его рост — сто восемьдесят четыре сантиметра, вес — сто восемнадцать килограммов. И это при объёме груди в сто тридцать четыре сантиметра. Бицепс силача сорок четыре сантиметра в обхвате, а шея — ровно пятьдесят. Он выступал в четырнадцати странах мира, посетил четыре континента, и за полвека не проиграл ни одного чемпионата.
О себе он говорил, что на ковре не встречал борцов, которые уложат его на лопатки, однако сильнее себя считал отца. Как-то в шутку, он признался, что победить его могут только женщины. Первая юношеская любовь заставила парня уехать из родной деревни на заработки. Вторая возлюбленная Ивана — Мария выступала в цирке. Уже было объявлено об их помолвке, когда воздушная гимнастка упала с трапеции.
Чтобы ничто не напоминало ему о трагедии, Иван Поддубный принял предложение Санкт-Петербургского спортивного сообщества атлетов и отправился за границу защищать на борцовском ковре честь России. Ивана Поддубного приглашали в разные страны. После того, как Чемпион возвратился из-за рубежа с двумя чемоданами, наполненными золотыми медалями, в возрасте сорока лет он решил наконец-то обзавестись семьёй: женой и детьми.
В это время Иван Поддубный познакомился с Антониной Николаевной Квитко-Фоменко — женщиной изумительной красоты и артистизма, на которой он и женился в первый раз. Однако, его гонорары в России были весьма скромными, поэтому личная жизнь Ивана Поддубного дала трещину. Будучи на гастролях в Одессе, в 1919 году Иван Поддубный узнал, что его жена Антонина сбежала с молодым офицером, украв большую часть его золотых медалей.
Работать в Московском цирке Ивана Поддубного пригласили в 1922 году. Ему было уже за пятьдесят, однако после выступлений Русского Богатыря на арене врачи не замечали у Ивана Максимовича никаких изменений в работе сердца. Организм Поддубного позволял ему быстро концентрировать энергию и выплёскивать её во время борьбы, подобную взрыву.
Всю жизнь Великий Борец посвятил спорту. Постоянно тренировался сам и регулярно проводил занятия с молодёжью. Будучи профессионалом, он не щадил своих подопечных, отрабатывая с ними все приемы до автоматизма, так как знал, что чемпионами не рождаются, ими становятся в процессе упорных тренировок.
Иван Грозный, Иван Страшный, Иван Большой, Иван Непобедимый. Он же Батька, Русский Медведь. Он же портовый грузчик, чемпион чемпионов по классической борьбе среди профессионалов Иван Поддубный. Рост 184 см, вес 118 кг, объем груди 134 см, бицепс - 44, шея - 50... “Не бросит, так поломает”, - говорили о нем противники. За 40 лет выступлений он не проиграл ни одного соревнования. А боролся до семидесяти лет! И никому за эти годы не удалось припечатать Поддубного к ковру лопатками.
Об именитом борце написано немало книг - тщательно отредактированных, прошедших цензуру. В них подробно описан спортивный путь борца - и ни строчки о его жизни в годы Гражданской войны. О том, что в 19-м Поддубного в житомирском цирке едва не пристрелили анархисты. В Керчи его чудом не убил пьяный офицер, зацепив плечо.
Нигде не рассказано подробно о личной жизни Ивана Поддубного. О том, что первая любовь его, гимнастка Марийка, разбилась на арене цирка. Жена - актриса Квитко-Фоменко - сбежала с белогвардейским офицером, прихватив с собой все его медали. А вторая жена, торговка бубликами, всю жизнь держала могучего Поддубного в ежовых рукавицах, нередко покрикивая: “Это тебе не с француженками развлекаться…” За этой фразой скрывалась тайна, почему борец не мог иметь детей. За отказ продолжить гастроли американский импресарио подсунул ему больную сифилисом красотку.
Во время Великой Отечественной, в первые дни оккупации, Иван Поддубный попал в гестапо. При немцах, чтобы прокормиться, стал работать вышибалой в бильярдной. После войны делом Поддубного занималось НКВД. Пощадили старика, но не простили. В последние годы перед смертью он постоянно недоедал. Умер прославленный борец практически нищим...
Годы спустя правду о Поддубном нам решились раскрыть архивариусы приморского города Ейска, где борец жил последние 22 года. Несколько поколений энтузиастов собирали бесценные документы, справки, выписки, а главное - правдивые, ранее нигде не публиковавшиеся воспоминания современников Поддубного.
“Артист, циркач, Иванушка-дурачок”
Занавески, расшитые желтыми подсолнухами. В сенях - огромные тыквы. На полках - горшки с ухватами, на столе - галушки, сало, пампушки с чесноком. “Покушайте капустняк!” - нараспев предлагает нам чернобровая хозяйка. Из приоткрытой форточки слышится тихий напев: “Там у вишнэвому садочку…”
В родовом гнезде Поддубного - селе Красеновка, что на Полтавщине, каждый второй житель может назвать себя дальним родственником Ивана Максимовича.
О силе своего именитого земляка на хуторе говорят с уважением: “Трех мужиков мог запросто носить на спине”. Когда Ивана Поддубного спросили, встречал ли он людей сильнее себя, он с присущей ему откровенностью ответил: “На ковре - нет. А в жизни… мой отец был куда сильнее меня!”
“Отец Ивана - могучий запорожский казак - бывало, брал груженый воз за оглобли и втаскивал его в гору, а лошадь только шла, переставляя ноги”, - вспоминал в свое время житель села Красеновка Трофим Кривонос.
Да у Поддубных вся семья была из богатырей, - подтверждает 83-летняя бабушка Алена. - Брат Ивана, Митрофан, cлужил в императорских войсках, куда отбирали только богатырей. Младшая сестра, Евдокия, на гульне никому не уступала. Бывало, снимет с парня шапку, подбежит к сложенному из бревен амбару, по-нашему - комору, поднимет угол с камней, подложит ту папаху и стоит смеется. Парни потом тужатся, вытаскивают шапку сообща, да все напрасно!
В селе нам рассказали, что еще парнишкой влюбился Иван Поддубный в свою троюродную сестру Оленку Витячку. Она была замужем за мужиком Никитченко, который после каждого слова говорил “вiд так”. А соответствующее прозвище прилипло к его жене. Чтобы хлопец “не дурив”, отец отправил Ивана к деду в Богодуховку. А вскоре семнадцатилетний богатырь покинул родные места, отправился на заработки, стал в севастопольском порту грузчиком, где и началась его спортивная карьера.
“Родила на посмiховище! - бушевал отец Поддубного перед женой. - Полюбуйся, ким твiй синок став, - тряс он газетным листком, где его сын Иван был изображен в трико. - Артистом, циркачом, Иванушкою-дурачком...” Максим Иванович так никогда и не смирится с выбором сына. Даже когда тот помогал семье материально, даже когда стал чемпионом мира! Даже тогда из родной Красеновки Иван получал от братьев письма: “Тато и слухати не хочуть, що ти, Иване, став борцем... Вони дуже гнiваються i кажуть, що на твоий шии поламають оглоблю”.
Вспоминают сельчане, как приехал однажды Иван в село с маленькой, “раза в три меньше себя”, симпатичной девушкой - акробаткой Марийкой. Молодые хотели пожениться. Но в Воронеже во время выступления Марийка не смогла выполнить сложное сальто и разбилась на арене. Похоронив девушку, Иван решил покинуть цирк.
“Спортивное сердце”
Врачи, исследовавшие сердечную деятельность Поддубного после тренировок, не переставали удивляться: у борца не было заметно даже легкого утомления сердечной мышцы. “У Ивана Железного - “спортивное сердце”, - констатировали специалисты. Поддубный способен был развивать в нужные минуты энергию, подобную взрыву, и не терять куража в самые тяжелые и опасные минуты борьбы.
Получив предложение от Санкт-Петербургского атлетического общества принять участие в международном чемпионате, он отправился в Париж. Одержав 11 побед, споткнулся на чемпионе Франции Рауле ле Буше. Искушенный в закулисной борьбе француз по турецкому методу обрабатывал тело оливковым маслом, которое впитывалось в сухую кожу, а потом выделялось вместе с потом, делая тело неуловимо скользким. Как ни старался Поддубный, он так и не смог поймать ускользающего из его могучих захватов француза. По очкам Буше выиграл тогда у Ивана Поддубного. Но уже на следующий год Иван Железный взял реванш, завоевав титул чемпиона мира по французской борьбе и получив главный приз - 10 тысяч франков. И тогда мстительный Рауль ле Буше нанял бандитов. Поддубный чудом остался жив. Скрываясь от киллеров, борец вынужден был отказаться от турне по Италии и спешно перебраться в Африку.
Чемпионаты сменялись гастрольными турне. Поддубный боролся на спортивных аренах, на цирковых манежах, на помостах летних театров. Устав от жульнических платных состязаний, где все держалось на обмане, сговоре, подкупах, в сорок лет Поддубный принял решение уйти с арены. В родную Красеновку он приехал с двухпудовым сундуком золотых медалей и ослепительной красавицей - молодой женой, актрисой Антониной Квитко-Фоменко.
В окрестностях села Иван Непобедимый купил 120 десятин чернозема, при этом выделил немалые земельные наделы всей родне, выстроил усадьбу, завел две отличные мельницы, пасеку, модную коляску. Но недолго радовался его отец Максим Иванович тому, что “беспутный старший сын наконец-то вернулся к крестьянскому труду”. Через пару лет Иван Поддубный разорился. Одну его мельницу сжег со зла младший брат, вторую, как и имение, он продал для уплаты долга своим конкурентам, владельцам окрестных мельниц. Сельская жизнь наскучила Ивану Большому, который привык к свету рампы и заполненному залу цирка. Воскликнув: “Пусть положит, если сможет!” - он вновь шагнул на ковер. И начались его скитания по России и загранице, где народ валом валил посмотреть на прославленного на весь мир борца.
Жители села вспоминают рассказ самого Поддубного, когда “его выступления начинались в тот момент, когда хозяевами города были красные, а заканчивались - уже после прихода белых”. В 19-м Поддубного в житомирском цирке едва не пристрелили пьяные анархисты. Он бежал, бросив вещи, скитался без денег. А чуть позже, в Керчи, в него стрелял пьяный офицер. Потом в Бердянске была у него малоприятная встреча с Махно. В 20-м году он побывал в застенках Одесского ЧК, где расстреливали каждого второго, не принявшего сторону революционного пролетариата. К счастью, Поддубного узнали и отпустили с миром.
Пули не брали Ивана Великого - удар в спину он получил от собственной жены.
Бабушка Алена вспоминает, что сельская жизнь не нравилась панне Антонине - переодеваясь несколько раз за день, она металась по дому, не зная куда податься. Когда в деревне хозяйничали деникинцы, она, прихватив с собой все спортивные медали мужа, сбежала из Красеновки с белым офицером. Позже каялась, писала Ивану: “Прости, Ванечка, всю дорогу проползу к тебе на коленях”. Но куда там! Отрезало.
“При немцах на мясокомбинате Поддубному стали выдавать по 5 кг мяса”
Объездив 14 стран, Иван Поддубный осел в тихом приморском Ейске со своей второй женой - Марией Семеновной. Познакомился с суженой, будучи на гастролях в Ростове-на-Дону. Она была матерью молодого борца Ивана Машошина. Уже не молодая женщина работала в пекарне. Была приветлива и домовита. Когда 40-летний борец предложил простой русской женщине руку и сердце, она выдвинула условие: “Мы должны обвенчаться”. И совершенно равнодушный к религии Поддубный пошел к алтарю.
Почему Иван Большой поселился в провинциальном Ейске, архивариус Наталья Гинкул объясняет:
Современники борца вспоминали, что, изрядно поколесив по свету, Поддубный остался по существу деревенским мужиком. Писал он с трудом, знаками препинания, кроме точек, пренебрегал. Не был он и деликатным человеком - мог “по-барски” подать человеку, не равному себе, для пожатия два пальца. Ему проще было уложить на лопатки дюжину гренадерских офицеров, чем научиться пользоваться ножом и вилкой. Только среди крестьян и мастеровых он чувствовал себя уютно. Зеленый, тихий, провинциальный Ейск напоминал ему родное село на Полтавщине, где прошли его детство и юность. Услышав милый сердцу говорок - “балаканье” местных жителей, которые смешивали украинские слова с русскими, Поддубный решил купить в приморском городке дом. Место выбрал - на самой обочине, у лимана, над обрывом.
В Ейске и застала семидесятилетнего борца война. В августе 42-го город заняли немцы. Иван Большой не эвакуировался - когда допытывались почему, отмахивался: “Куда бежать? Помирать скоро”. В те годы у него стало побаливать сердце. Лекарствам Поддубный не доверял - завел дружбу со щербиновским казаком-целителем, фельдшером Первой мировой войны Харченко, лечился настойками из степных кубанских трав.
Поддубный никогда не скрывал, что в первые дни оккупации его задерживали фрицы из зондеркоманды “10-с”, которую в городе называли гестапо. По оккупированному городу борец расхаживал с прикрепленным к рубахе орденом Трудового Красного Знамени. Местные жители вспоминали, что в Ейске было два человека, получивших такую награду. Женщину-ударницу немцы убили в душегубке. А Ивана Большого - не тронули. Более того, вскоре Поддубный стал работать маркером - вышибалой в городской бильярдной.
Мой дядька, сапожник Лукич Зозуля, у которого я воспитывался, помогал Ивану Максимовичу во время оккупации управляться в бильярдной, - вспоминает крестник Поддубного, художник Юрий Коротков. - Она была устроена в матросском клубе, напротив санатория “Ейск”. Там стояло три стола. Поддубный пошел работать, чтобы прокормить близких. Его могучий организм требовал огромного количества калорий.
Иван Максимович мог взять буханку хлеба, разрезать ее пополам, намазать полкило сливочного масла и съесть в один присест, как обычный бутерброд, - вспоминает Евгений Котенко, чей отец, фотограф, был другом Поддубного. - Во время войны мы все ели, что Бог пошлет: морковь, свеклу, кукурузу…
При немцах на мясокомбинате Поддубному стали выдавать в месяц по 5 килограммов мяса, - продолжает вспоминать Юрий Коротков.
В бильярдную к Поддубному часто наведывались послушать втихую радио местные старики. Они вспоминали: когда немцы, изрядно выпив в расположенном рядом буфете, завалившись в бильярдную, начинали бузить, Иван Максимович вышвыривал их за дверь как котят.
Фрицы-дебоширы очень гордились тем, что сам Иван Великий собственноручно выставляет их на улицу, - вспоминает Евгений Котенко. - Однажды к Поддубному приехал представитель немецкого командования, предлагал уехать в Германию - тренировать немецких борцов. Иван Максимович был категоричен: “Я - русский борец. Им и останусь”. И это заявление Поддубному сошло с рук. Немцы преклонялись перед силой и славой всемирно знаменитого борца.
Под колпаком у НКВД
Когда наши войска вернулись в феврале 43-го в Ейск, среди армейского СМЕРШа нашлись горячие головы - хотели осудить старика и отправить по этапу, - вспоминает Евгений Котенко.
Местные жители вспоминали, как на Поддубного посыпались доносы: “На немцев работал!”; “Обслуживал гитлеровцев!”.
Делом Поддубного занялись органы. В архиве мы обнаружили докладную записку начальника Ейского горотдела НКГБ Алексея Ивановича Порфентьева, к которому по роду службы стекались данные о действии разведывательных карательных органов, находящихся в Ейске и его районе в период оккупации. Проведя ряд проверок, размашистым почерком он написал: “Что–либо компрометирующего во враждебном поведении Поддубного на оккупированной территории установлено не было”. Никаких фактов сотрудничества с фашистами органами не было обнаружено. Официально было установлено, что пресловутая бильярдная существовала как чисто коммерческое заведение.
После освобождения Ейска Иван Поддубный начал ездить по близлежащим воинским частям и госпиталям, пропагандировал спорт, выступал с воспоминаниями. В отдельной большой папке мы нашли стопку благодарностей от различных военных чинов.
После освобождения города в Ейске действовала карточная система. Из потертой архивной папки мы достаем желтый листок, на котором химическим карандашом выведено: “В Ейский горсовет трудящихся рабочих депутатов от Максимовича. Заслуженного артиста республики, орденоносца Поддубного Ивана. По книжке я получаю 500 гр. хлеба, которых мне не хватает. Я прошу добавить мне еще 200 грамм, чтобы я мог существовать. 15 октября 1943 года”.
Поддубный так оголодал, что не видна стала его широкая натура, он стал страшно прижимист, - вспоминает Юрий Коротков. - Насыпав в короб муки, он ставил на ней отпечатки пальцев, чтобы никто не смог взять даже крохи.
Горисполком выдал Поддубному талоны на питание в столовой и карточки на получение сухого пайка по литере “Б”, - вспоминает Евгений Котенко, отец которого дружил с именитым борцом. - В те годы такие карточки давали только очень нужным специалистам.
Старожил Варткес Адамьянц, бывший в те годы председателем Ейского спортивного общества “Спартак”, в свою очередь, вспоминал:
Поддубный был членом нашего общества. И ему, и мне из Краснодара ежемесячно присылали дополнительный сахарный паек. Я, бывало, получу и растягиваю удовольствие по чайной ложке на месяц. А он съест за один день и говорит мне со смехом: “Сахару больше нема...” И матерится крепко: “Довели до нищеты, распродал все медали”. Конечно, организм у него был не как у всех. Чтобы содержать такое могучее тело, надо было хорошо питаться. Но кто тогда из нас хорошо ел? Иван Максимович любил плов, молочную еду, яйца, картошку “в кожушках” и особенно - обычную российскую редьку.
Старожилы вспоминают, что Поддубный нередко приходил к директору Ейского хлебозавода. Тот никогда не отказывал престарелому спортсмену в куске хлеба.
После войны выяснилось, что бильярдную Поддубному не простили.
Он был по-прежнему активен, выступал с программой “50 лет на арене цирка”, вел переписку, делал обращения, подписывался так: “Русский Богатырь Иван Поддубный”.
В послевоенные годы мы увидели другого Поддубного, - вспоминал старожил Петр Крюков. - Плечи у Ивана Максимовича опустились, на лице застыла обида. Он сильно постарел, осунулся. Ходил в серой навыпуск рубашке. На груди неизменно висел орден Трудового Красного Знамени. На голове - соломенная шляпа. В городе знали, что он болел в годы войны от недоедания. Чтобы выжить, он снимал со своей ленты одну золотую медаль за другой и сдавал их в скупку.
Старейшие жители Ейска вспоминали, что после войны Поддубного уже нигде не афишировали. Те, кто занимал высокое положение в городе, старались его избегать. В 1947 году ему пришлось особенно туго. Ейчане с трудом узнавали в осунувшемся старике на костылях былого богатыря. Максимович ослабел. Ноги его буквально не держали. Возвращаясь как-то с базара домой, он поскользнулся и упал. Врачи поставили диагноз: закрытый перелом шейки бедра.
Кость у Максимыча долго не срасталась, - вспоминает Сергей Ахапков. - До самой старости он упражнялся с гирями. А тут, закованный в гипс, долгое время не поднимался с кровати. У борца стало пошаливать сердце. Будучи мальчишками, мы часто видели Поддубного у ворот его дома. Баба Маша вытаскивала ему скамейку, он ковылял к ней на костылях, тяжело садился. Каждый проходящий мимо раскланивался с ним, спрашивал о здоровье. Он, довольный, с радостью общался. Этим и жил последние два года.
Дом на обочине
Кривая дорога, залитая водой, выводит нас к дому №153 по улице Советов, где более 20 лет жил Иван Поддубный. Некогда добротный двухэтажный дом ныне сильно осел. Окна первого этажа наполовину вросли в землю и стали подвалом. Хозяйничают в легендарном доме две семьи, приехавшие с Урала. Ивана Максимовича они не знали.
В рядом расположенном доме живут бывшие квартиранты Поддубного. В послевоенные годы молодой паре - художнице Имме Сироте и ее мужу, военному врачу, - он предложил часть своего участка для строительства собственного дома.
Иван Максимович и его жена Мария Семеновна в те годы были уже больными людьми, - рассказывает Имма Георгиевна. - Чтобы написать заявление или письмо, будучи оба малограмотными, они звали меня или мою сестру Юлю. Диктуя послание, Поддубный беспрерывно матерился и поправлял свои рыжеватые усы. Говорят, на ковре он был резким и стремительным, - дома же мы видели его степенным и медлительным. До самой смерти он не брал в рот спиртного, не мог терпеть и запаха табака.
“На могиле Поддубного паслись козы”
В 49-м, на семьдесят восьмом году жизни, “спортивное сердце” Поддубного дало сбой.
Ранним утром 8 августа дед стал разжигать керосинку, наклонился и вдруг весь покрылся потом и начал задыхаться, - вспоминает внук Поддубного Роман. - С трудом позвал бабушку, стал прощаться. До последних своих минут он оставался в полном сознании.
Умер Иван Железный, как и его друг, казахский борец Хаджи-Мукан, от инфаркта.
Местные власти не знали, как хоронить Поддубного - с почестями или без. Когда проститься с Иваном Непобедимым в забытый Богом Ейск приехали его знаменитые друзья-борцы, из Москвы отдали приказ: “Хоронить как положено”. Гроб с телом Поддубного установили в здании спортшколы, где до революции была немецкая кирха.
Предавали земле именитого борца в городском парке, где в годы войны хоронили погибших летчиков. Поставили простую оградку, суриком написали: “Иван Поддубный”. И вскоре вся прилегающая территория поросла травой.
Могила борца после смерти была заброшена, буквально стерта с лица земли, там паслись козы и коровы, - вспоминает старейший житель Ейска Варткес Адамьянц. - А потом по Би-би-си передали: “В городе Ейске, в запустении, - могила Ивана Максимовича Поддубного, которого никто в мире не смог положить на лопатки”. И когда из-за границы стали слать запросы, искать место захоронения Поддубного, власти установили на могиле борца гранитный памятник.
Позже здание типового плавательного бассейна отдали под музей Поддубного, который нынче влачит жалкое существование: залы не отапливаются, крыша течет. В запасниках хранится огромное количество материалов, а денег на оформление экспозиций нет.
* * *
В Приазовье нам часто приходилось слышать фамилию Поддубных. Все они были лишь однофамильцами борца. Прямых наследников у Ивана Максимовича не осталось. Его приемный сын Иван оставил борьбу. Окончив технический вуз, он много лет работал главным инженером Ростовского автосборочного завода. В войну, при налете немецких бомбардировщиков, Иван погиб. Внук Роман тоже пробовал свои силы в борьбе, но профессионалом так и не стал. На флоте, в войну, он был серьезно ранен. В 53-м, после смерти Марии Семеновны, Роман продал дом деда и осел в Ростове-на-Дону.
Нажиться на причастности к имени Поддубного стараются все кому не лень. В архивах Ейска мы обнаружили множество запросов от дальних родственников борца, которые надеются и ныне разыскать счета Поддубного в зарубежных банках. Известно, что миллионы, заработанные борцом за два года гастролей по Америке, так и не были вручены атлету. Родственники борца уверены, что в 27-м году американским посольством они были переведены на имя Ивана Поддубного в один из банков Швейцарии.
В среде профессиональных борцов существовали понятия “шике” и “бур”. Первое означало работу на зрителя - артистичную демонстрацию эффектных приемов. Финал “шике” был заранее известен борцам. В “буровой” же борьбе определялся наисильнейший. Вот здесь уже могли бороться “некрасиво”… Поддубный никогда не ложился по приказу организатора чемпионата на лопатки.
Только за одно это мы, проводящие большую часть жизни в “шике”, обязаны помнить о Поддубном.
В начале XIX века борьба считалась «королевой спорта» - так уж получилось: мода складывается из тысячи и одного фактора. Россия считалась родиной настоящих силачей, а все из-за Ивана Максимовича Поддубного. Тогда он считался настоящим великаном: рост - аж 184 сантиметра, по современным меркам, можно сказать, что это немного выше среднего (растем-с), но по старым меркам - гигант. Правда, другие характеристики Ивана были очень даже: вес - 118 кг, бицепс - 46 см, грудь - 134 см на выдохе, бедро - 70 см, шея - 50 см. Внушает.
В некотором роде Иван доказал, что сила и телосложение передаются по наследству. Отец Ивана - Максим - обладал исключительными ростом, силой и внушительной конституцией. Часто они боролись с отцом на потеху местным жителям. Как и все удивительное на этом свете, первый шаг на пути к спорту Иван сделал от несчастной любви: Аленку Витяк, первую любовь великана, не хотели отдавать за бедняка, поэтому Иван направил свои стопы на заработки в Ставрополь, где планировал накопить побольше золота и добиться ее руки - похвальная тяга.
По четырнадцать часов в день наш герой работал в порту, с легкостью перетаскивая тяжелые мешки и ящики. После он попал в Феодосию, где снимал комнату с двумя моряками, которые рассказали Ивану про полезность тренировок и физических упражнений. А тут еще и цирк подъехал. Ивана Бескоровайного цирк. Кроме стандартного набора из гутаперчивых девочек/мальчиков, жонглеров и иллюзионистов, в программе были силачи и борцы, с которыми можно было помериться силой. Поддубный решил поучаствовать и потерпел свое первое сокрушительное поражение. Это дало будущему чемпиону нехилую такую мотивацию: мало того, что наш герой бросил пить и курить, так он полностью поменял все свои привычки, стал заниматься каждый день с 32-килограммовыми гирями и 112-килограммовой штангой. Начал закаляться.
Так Поддубный попал в цирк. Знаменитостью и мечтой дам он стал практически сразу. Он боролся с множеством людей на кушаках, а самым знаменитым был его трюк с телеграфным столбом. Суть процедурки была в том, что на спину Поддубного помещался телеграфный столб, с двух концов столба повисали по 10 человек и тянули его вниз. Все это заканчивалось тем, что столб попросту ломался под крепкой спиной Поддубного.
Но все изменилось, когда из Санкт-Петербурга Ивану пришла телеграмма, в которой кто-то приглашал силача на «важный разговор». Как выяснилось, это было приглашение председателя Санкт-Петербургского атлетического общества, графа Рибопьера, стать настоящим борцом классической борьбы. Поддубному выделили тренера и помещения, тренировки начались незамедлительно.
Все это было ради того, чтобы повести русского человека в Париж на соревнование по классической борьбе, где Ивана уже ждали 130 противников. Иван выиграл 11 раз подряд, и ему предстоял поединок с боссом - любимцем публики, красавцем огромного роста и плечистости Раулем ле Буше. Этот бой был непрост и эпичен. Оказалось, что Рауль был вымазан каким-то жирным средством, так что Поддубный никак не мог его ухватить. Судьи остановили бой, но не смогли предложить ничего лучше, чем каждые пять минут обтирать Рауля полотенцем. Бой продолжался час, никто не мог победить, но скользкого во всех возможных смыслах де Буше признали победителем, потому как он прекрасно уходил от атаки. Разумеется, легко уходить от атаки, когда ты скользкий! Впрочем, в будущем Раулю это зачтется. Когда он приедет в Питер в следующий раз и состоится реванш, хитрый француз предложит Ивану мешок денег за то, чтобы тот отказался от боя, но Иван не только откажется от денег, но и заставит де Буше страдать в полном смысле этого слова. Двадцать минут под улюлюканье толпы де Буше стоял на коленях, придавленный Поддубным, который таким образом решил наказать Рауля за жульничество.
Далее у Поддубного было счастливое время побед и прочих радостей, вплоть до 1910 года, далее как-то не до борьбы было, революция-с. Иногда свои выступления в городах Поддубный начинал (как сам говорил) «при белых, а заканчивал - при красных». В 1910 году случился, пожалуй, самый известный анекдот с Поддубным. В Париже появилась первая школа джиу-джитсу, которую основал один японец, мастер боевых искусств. Новое искусство удивляло, потому как небольшой человек с легкостью сражался с людьми больше и сильнее его. Против японца выставили Поддубного. Первым же ударом-подсечкой мастер джиу-джитсу сбил Ивана с ног, быстрые его атаки крайне удивляли прямодушного Поддубного. Но закончилось это тем, что Иван просто схватил японца за кимоно и сломал ему бедро о свою ногу, как будто это была просто палочка. А чего это он выпендривается? В 1922 году Поддубный на шестом десятке вернулся на ринг.
Советская власть также уважала силача. В 1939 году ему даже дали орден Трудового Красного Знамени.
Старость пришла к Поддубному в эпоху оккупации. Немцы, оккупировавшие Ейск, прекрасно знали, что это за странный крепкий седовласый мужик, который с легкостью выкидывает солдат вермахта из кабаков, когда они напьются, как мешки с сеном. Фашисты уважали Поддубного, выдавали ему 5 килограмм мяса в месяц и даже звали к себе на родину стать тренером, но Иван всячески отказывался.
Жизнь у Поддубного была интересная, только вот в любви он был не слишком счастлив. Большинство женщин хотели от него только денег, одна из возлюбленных великана упала с огромной высоты на арену цирка, другая - убежала с богатым офицером. Сильное тело и высокие потребности тоже вышли Поддубному боком. После войны начался сильный голод, и паек, который выдавали на месяц, был у Поддубного всего лишь на день. В добавок он сломал себе шейку бедра. Умер Поддубный в 1949 году.
Поддубный Иван Максимович (1871-1949) - российский спортсмен, пятикратный чемпион мира по классической борьбе среди профессионалов в 1905- 1909 гг., заслуженный мастер спорта (1945). За 40 лет выступлений не проиграл ни одного поединка.
Поддубный родился 9 октября 1871 г. на Полтав-щине, в селе Красёновка. С семи лет началась его трудовая жизнь: сначала он пас гусей, затем коров, а в двенадцать лет стал батрачить у богатых соседей и родственников.
В возрасте 22 лет Иван покинул родное село и отправился странствовать. Работал в порту, где впервые продемонстрировал свою огромную силу.
Вскоре молодой человек познакомился с мореходом Преображенским, ставшим его первым спортивным наставником. Ежедневные длительные тренировки превратили Ивана Поддубного в настоящего атлета, к его могучей силе прибавилась кошачья ловкость. Он ждал лишь случая, чтобы помериться силами с достойными противниками.
Весной 1896 г. состоялся первый дебют молодого силача в Феодосии, в цирке Бескоровайного. Сначала он выступил неудачно, но уже вторая попытка принесла долгожданную победу над профессиональным борцом. Ощутив вкус славы, Поддубный решил посвятить свою жизнь спорту.
В 1897 г. он уехал в Севастополь, где начал выступать в цирке Труцци как борец-любитель. Через несколько месяцев Иван Максимович перешел в профессионалы, задавшись целью быть всегда первым и усвоив одно правило - равенства в силе и искусстве быть не может.
Переехав в Киев, молодой человек работал в "Русском цирке братьев Никитиных", где также одерживал победы над известными силачами. Тем временем за успехами спортсмена внимательно следило Российское атлетическое общество. Именно по его инициативе на проходивший в 1903 г. в Париже чемпионат мира по борьбе вместе с Александром Абергом был отправлен Иван Поддубный.
Первую победу на первенстве российский тяжелоатлет одержал над чемпионом Германии, претендентом на призовое место Эрнестом Зигфридом, вторым был француз Фавуе. А затем одна за другой последовали одиннадцать побед. Однако двенадцатая по счету встреча с французским спортсменом Раулем де Буше не принесла долгожданного успеха, и Поддубный выбыл из дальнейшей борьбы. Будучи человеком сильным не только физически, но и морально, русский силач продолжил упорные тренировки, совершенствуя свое мастерство.
Участие в большом московском чемпионате - переломный момент в жизни знаменитого борца. О его достижениях, приведших потом на вершину мировой славы, стало известно и за пределами города. Однако многие продолжали считать, что Поддубный побеждает лишь благодаря природной силе, а не мастерству.
Проходивший в Петербурге турнир (1904) опроверг мнение большинства. Из поединка все с тем же французом Раулем Иван Максимович вышел победителем. Успешно проведенная схватка с двухметровым гигантом Полем Понсом принесла русскому борцу-профессионалу титул чемпиона и всемирную славу.
В 1905 г. Поддубный вновь отправился в Париж, где принял участие в первенстве на звание чемпиона мира. Ловкий и сильный спортсмен из России быстро завоевал любовь зрителей. В финальном поединке со знаменитым датчанином Иессом Педерсеном Иван Максимович оказался на высоте. Удачно применив собственный комбинированный прием татарской борьбы, он выиграл схватку и получил ленту чемпиона мира и денежный приз. Это был триумф Поддубного, а вместе с ним и Российской империи.
С 1905 г. русский силач участвовал во всех европейских первенствах, откуда всегда привозил призы и чемпионские титулы, преумножая тем самым славу русского профессионального спорта. В 1906-1907 гг. Поддубный удачно выступал на соревнованиях в Бухаресте, Лондоне, Брюсселе, Амстердаме, Аахене, а в конце 1907 г. в Париже вновь завоевал звание чемпиона мира.
В феврале 1908 г. по инициативе немецкого тяжелоатлета Якоба Коха в Берлине было организовано очередное мировое первенство, в котором принимали участие такие звезды, как Педерсен, Зигфрид, Пенгаль, Поддубный и др. Кох, претендовавший на первое место, боялся встречи с русским тяжеловесом и предложил ему 2 тыс. марок за проигрыш в финале. Поддубный согласился, но во время выступления на сцене "Винтергартена" легко положил противника на обе лопатки. О проделке Ивана Максимовича вскоре стало известно всем, и немецкий борец сделался притчей во языцех.
Многочисленные победы сделали Поддубного героем европейских газет, а журналисты окрестили его "чемпионом чемпионов". В 1909 г., одержав победу над немцем Вебером, сорокалетний русский тяжелоатлет задумался об уходе из профессионального спорта. Он еще был полон сил, но прекрасно понимал, что его время уходит и лучше покинуть подмостки непобежденным. Купив на Полтавщине земли и сделав в 1910 г. предложение столичной красавице Антонине Николаевне Квитко-Фоменко, Поддубный уехал вместе с ней на родину.
Но уже через три года он вернулся в спорт, и вновь одна победа сменяла другую. 27 января 1915 г. на чемпионате, проходившем в цирке Саламонского на Цветном бульваре в Москве, Поддубный завершил вничью длившийся 1 час 20 минут поединок с молодым борцом Иваном Шемякиным. Это произошло впервые. В последующие годы стареющий силач все чаще боролся вничью с молодыми, приобретавшими опыт спортсменами.
В 1924 г. Иван Поддубный впервые потерпел поражение и вновь заговорил об уходе из профессионалов. Но обстоятельства сложились иначе.
Женитьба на Марии Семеновне Машошиной (матери молодого борца Ивана Машошина) и необходимость в деньгах на обзаведение хозяйством вынудили Ивана Максимовича отправиться за границу, сначала в Германию, а затем в США, где пришлось учиться приемам вольной борьбы. Однако его больше привлекала классическая схватка, поэтому в поединке с американским чемпионом Джо Стечером, прозванным Небрасскими ножницами, Поддубному не удалось добиться решающего перевеса.
Заработав деньги, русский тяжелоатлет вернулся на родину. В курортном городе Ейске он купил небольшой домик, однако долго усидеть на одном месте не мог. Ежегодно Мария Семеновна провожала мужа в турне по российским городам. В 1937 г. победам шестидесяти шестилетнего Поддубного исполнилось сорок лет, но он все еще продолжал выступать. В 1945 г. за выдающиеся достижения в области спорта Иван Максимович получил звание заслуженного мастера спорта.
Вечером 7 августа 1949 г. знаменитый борец умер в возрасте семидесяти восьми лет. Этот человек оставил заметный след в истории спорта, проложив русским тяжелоатлетам путь на европейские и мировые турниры.
Краткий биографический словарь
"Поддубный Иван" и другие статьи из раздела